18 ноября • обновлено в 18:47
МоваЯзык
Главная Блоги

/ Новости России

Крым – несчастное место. За него еще долго будет вестись борьба – Людмила Улицкая

56.6т
Читать материал на украинском

То, что случилось с Крымом – это политически безобразная аннексия России, но власть советская, власть российская и украинская одинаково плохо относились к крымской земле. Еще сто лет такого хозяйствования, и она превратится в пустынную землю, сказала в интервью OBOZREVATEL известная российская писательница Людмила Улицкая.

– Какие сейчас отношений между Украиной и Россией на ваш взгляд?

– Они чудовищные. Думаю, пройдет не меньше двух-трех поколений, чем эта травма может изжиться при хорошем стечении событий, ну и безусловно, при смене власти в России. Конечно, отношения невозможные, нереальные и исключительно токсичные. И я надеюсь, что это как-то развеется так или иначе. Правда, пока что нет никаких предпосылок к этому, но надеюсь, что никакая власть не вечная. Тем более, что ситуация такого глубокого абсурда и не может длиться долго.

– В 2014-м вы поддержали Революцию Достоинства в Украине. Протесты на Майдане стали неожиданными для вас?

– Ситуация Майдана была чрезвычайно интересна для всех и уникальна, в России такого ведь произойти не могло. Это свидетельствовало, что украинцы с гораздо большим чувством собственного достоинства, ведь тогдашняя власть была поганой, некультурной и унизительной для народа. Мы в России живем в похожей ситуации, поэтому очень легко можем друг друга понять.

У нас тоже очень большая часть молодежи в раздражении и во внутреннем протесте. Но я не думаю, что в России возможен Майдан. У нас гораздо более крепкие силовики, поэтому и противостояние, которое намечается, укрепляется только с одной стороны, военной. Люди, которые сегодня выходят на площадь, не думают, что нужно ружье, коктейли Молотова, а с той стороны мы видим очень хорошую военную подготовку и большие силы. На все это смотреть довольно неприятно.

– Социолог Лев Гудков говорит, что 20 тысяч протестующих на улицах 15-миллионной Москвы это ничтожные цифры.

– Может быть. Когда советские войска вошли в Прагу, на Красную площадь вышло семь человек (их имена мы помним). Между семью человеками и 20 тысячами – большая разница, поэтому я не так пессимистична.

– Вы на протесты ходите?

– Когда в Москве, хожу. На последние не ходила, так как не была в Москве.

– Они вас впечатляют?

– Да, весьма.

– Чем? Тем, что на улицах молодежь?

– Да, на улицах чрезвычайно симпатичная молодежь, но затем меня впечатлило последовавшее ужасное избиение. Я это все видела.

– Видели, как ОМОН бил протестующих, а потом паковал их в автозаки?

– Надо сказать, что это все было ужасно. Я стояла в одном месте и видела какие-то клочки, но потом, когда пошли все эти фейсбучные записи – все это зрелище было ужасным. До сих пор тянется это московское дело, люди все еще сидят, не всех выпустили.

– Удивляют действия ОМОНа, когда они палками, по несколько человек, бьют лежачих людей, а те не могут ничем защититься. Почему после этого на улицах нет больше людей?

– Ну это очевидно, я бы тоже не была в очень большом восторге, если бы мои внуки пошли на площадь. Я бы тоже за них беспокоилась.

– Поддержали бы?

– Я не знаю. Я бы не сказала ни слова протеста, но и не стала бы посылать их туда. С другой стороны, это был день, когда мы сидели на дне рождения у нашего приятеля-писателя, как раз в один из этих протестных дней. Мы обсуждали, что вот мы здесь сидим, выпиваем, поздравляем, а они там. И одна из присутствующих женщин сказала, мол, мой внук там. И вы знаете, это было как-то естественно и понятно. Ну правильно, это дело молодое. Им жить в этой стране, мне осталось недолго жить в этой стране и в какой-либо другой, а они связывают свою жизнь с Россией и конечно, это их проблема сегодня. Мы готовы поддержать их письмом или подписью, я это всегда делаю. Когда в Москве, я могу пойти на какое-тот выступление, когда не в Москве, специально не поеду стоять на площадь. А так в принципе, да, поддерживаю.

– У многих россиян тоже есть надежда на молодое поколение, что они могут изменить ситуацию. Верите в это?

– Это же не вопрос веры, а вопрос практики жизни, как пойдет. Существуют политические сценарии, которые продумываются и выстраиваются. Вот в России, мне кажется, такие сценарии никогда не работают, они пишутся задним числом. Происходят какие-то события, например, Октябрьская революция, а потом нам рассказывают, как она случилась. Но она не произошла так, как это было запланировано, поэтому говорить о каких-то сценариях бессмысленно. Сценарии пишутся потом, сначала происходит событие, а потом нам объясняют, как они происходили. И не всегда точно объясняют. Есть много разных версий и всегда много лжи. Мы до сих пор не знаем, с кем там жил Ленин в шалаше перед революцией. Фигура второго его спутника, она меняется, иногда говорят, что это был Троцкий.

– Такая специфика государства?

– Такая специфика государства и такая специфика истории. Думаю, что Россия не единственное государство, которое свою историю все время задним числом хочет подправить. Думаю, что и Украина тоже умеет такие вещи делать. Несколько лет назад, как раз после 14 года я делала один русско-украинский проект. Были изданы пять книжек, написанные русскими историками совместно с киевскими. Это книга – сборник статей по сомнительным и сложным точкам русско-украинской истории. Оказалось, что и российские и украинские историки придерживаются гораздо более общих взглядов, чем политические власти или народные массы. Есть какая-то научная установка и научное рассмотрение, которое выводит нас за пределы мифологии и популизма.

Это очень важная книжка потому что налаживать отношения между Россией и Украиной необходимо. Это не проблема завтрашнего дня, но в тот момент, когда ситуация немножко поменяется, я буду, конечно, счастлива, если отношения нормализуются и будут человеческими.

Хотя должна сказать, что ситуация языковая – это запрет русского языка и утверждение украинского языка как государственного, мне не кажется удачным проектом. При наличии такого большого количества русскоязычных людей – этого нельзя было делать. Я была в Киеве, там город говорит по-русски. Думаю, что этот проект был ошибочным.

– Вы имеете виду Законы, принятые в 2014-м?

– Нет, вот сейчас. Думаю, это решение требует пересмотра и вдумчивого отношения. В конце концов, если украинская государственность утвердится, таких жестких языковых запретов не нужно будет делать. Существует США, где половина населения говорит на испанском и это совершенно никому не мешает. Хотя экзамены эмигрантам нужно сдавать на английском. Это тоже нормально, потому что это государственный язык и его нужно выучить.

Я думаю, что русские, которые между собой говорят по-русски, знают украинский язык настолько, чтобы написать заявление в домоуправление. Но эта мера мне показалась слишком жесткой и неразумной. Посмотрим, что из этого выйдет, но, думаю, что для налаживания будущих отношений между Россией и Украиной многие вещи нужно будет поправлять. А многие их них поправлять уже сейчас очень тяжело.

Ситуация Крыма и Донбасса становится более сложной и более трудной для разрешения. Ну как сделали, так сделали, все это придется нашим потомкам расхлебывать.

– Крым незаконно аннексирован Россией и это позиция всего международного сообщества. Как его решить, если…

– На самом деле этот вопрос не ко мне. Я Крым очень люблю, сестры моей бабушки жили в Крыму. Я с детства много времени проводила там. Первый мой роман "Медея и ее дети" – это объяснение в любви к Крыму. Эту землю своей могут назвать сотни народов и даже те, которые уже не существует и для которых это тоже была родная земля. Крымские татары имеют право говорить "Крым мой". Греки, которые там жили, были колонии немецкие, эстонские – я хорошо это знаю. Поэтому я очень люблю Крым, как место на земле.

А власть советская, власть российская и украинская одинаково плохо относились к крымской земле. Поэтому я скажу честно, что буду приветствовать любые улучшения. Политически, да, это была безобразная аннексия и об этом говорить нечего. Но я бы приветствовала то правительство, которое будет заботится об этой земле, потому что там нет воды, она высыхает. Еще сто лет такого хозяйствования, и эта земля превратится в пустынную землю.

Воды там всегда не хватало. И ни одно из этих последних правительств нисколько не заботилось об этой земле. "Крым мой", и я очень за него болею.

Идеальным гражданином Крыма был Максимилиан Волошин, которому достались очень тяжелые годы жизни там. И пока Крым переходил из рук в руки, красные, белые, зеленые, коричневые, какие угодно, – Максимилиан Волошин приютил у себя белых, за которыми гнались красные, и красных, за которыми гнались белые. Его позиция была единственно человечной и правильной.

Я думаю, что Крым – это несчастное место, за которое еще долго будет вестись борьба. Говорить, что он кому-то принадлежит – глупо, все-таки, это международная земля. Коридор между европейской цивилизацией и Россией, через который так много проходило. Культура шла по этой земле.

А, простите, какая сволочь будет председателем этого, какая сволочь там будет сидеть и начальствовать, будет эта сволочь русская и украинская, совершенно не имеет значения. За всю свою жизнь я не видела в Крыму правительства, которое бы заботилось о том, чтобы там была вода, чтобы он не засыхал, чтобы занимал достойное место не только на карте, но и в рейтинге побережий Черного моря.

Ну вот такая у меня точка зрения, я думаю, что она не всем понравится. Я не принадлежу к тем людям, которые говорят, "Крым наш", но и "Крым ваш" – это тоже не моя формулировка. Крым мой, и я буду счастлива, когда там будут править люди, которые будут о нем заботиться.

– С точки зрения международного права Крым принадлежит Украине.

– Это без сомнения, это послевоенная установка, соглашения, которые были нарушены. Но какие соглашения не были нарушены? Нарушенных соглашений больше, чем соблюдающихся. Второй мировой войны не было бы, если б эти соглашения соблюдались.

Вторую часть интервью читайте на днях.

Подпишись на Telegram-канал и посмотри, что будет дальше!

Читайте все "Новости России" на OBOZREVATEL.

Автор
94
Комментарии
427
151
Смешно
30
Интересно
56
Печально
49
Трэш
Чтобы проголосовать за комментарий или оставить свой комментарий на сайте, в свою учетную запись MyOboz или зарегистрируйтесь, если её ещё нет.
Зарегистрироваться
Показать комментарии
Новые
Старые
Лучшие
Худшие
Комментарии на сайте не модерированы
Paruhol Semen
Paruhol Semen
Проплаченные госдепом "активисты" совершили госпереворот в Киеве и новая украинская власть называет это революцией достоинства. Без организаторов революции/госперевороты не происходят...
Показать комментарий полностью
Вікторова Ольга
Вікторова Ольга
Більше думка Уліцької мене не буде цікавити. Шкода...
Показать комментарий полностью
Тарр Доктор
Тарр Доктор
"их имена мы помним" - мы это Улицкая сотоварищи? Маргиналы в России всегда страдали манией величия и вместо интервью им лучше было бы обратиться к специалистам по психиатрии. Эта писака проливает крокодильи слезы по московским радикалам, но гораздо более жесткие меры во Франции, Великобритании и Испании ее совсем не впечатляют. Лицемерка! "запрет русского языка... мне не кажется удачным проектом" - проектом? Из-за этого "проекта" Крым ушел и уходит Донбасс. Видимо, у Гитлера тоже был неудачный проект, коль он не лишил человечество удовольствия лицезреть эту лицемерную еврейку. Особь, которая отказывает крымчанам в праве самим решать, с кем им жить, не имеет право говорить "Крым мой". А почему, cука продажная, ты не говоришь, из-за кого сейчас в Крыму нет воды? Страшно, что из этой благоухающей демократии живой не уедешь?
Показать комментарий полностью