"Когда в метре от тебя умирает солдатик из АТО…" Рассказ 80-летней санитарки

Маленькая, немного сгорбленная бабушка медленно передвигается по длинному больничному коридору. На ней белый халат, синие тряпичные тапочки и светлая косынка с торчащими под подбородком "хвостиками".

У бабушки, кажется, самые натруженные в мире руки – пальцы с морщинами и шершавые, как кошачий язык, ладони.

Бабушку зовут Лазебник Варвара Павловна, и последние 24 года она работает сестрой-санитаркой в отделении травматологии Центрального военного госпиталя в Киеве.

До лета 2014 года Павловна никогда не видела солдат с ампутациями рук и ног, не ужасалась поступления новых больных и не выносила судна за военными, годящимися ей в правнуки.

Несколько дней назад 80-летняя Варвара Павловна отработала свою последнюю смену в госпитале – с августа она идет на заслуженный отдых.

Это ее история-монолог о том, каково в любом возрасте любить жизнь и выполнять такую сложную, но очень нужную, работу.

Семь классов и бахрома

Я родилась в 1937 году в селе Плесецкое Васильковского района Киевской области.

Мои родители были простыми крестьянами – трудились в колхозе и не имели образований.

Маленькой я застала войну: хорошо помню, как мама кричала "ховайтеся", и мы с сестрой в секунду запрыгивали в погреб. Память, конечно, стирает многие вещи, но звуки разрывов то ли мин, то ли бомб, сброшенных с воздуха, я с дрожью помню по сей день.

65 лет назад в селе даже не пахло перспективами. Я закончила семь классов, в довольно молодом возрасте вышла замуж, родила сына.

Мой покойный муж был лесником, поэтому 32 года мы жили в хижине в лесу. Кстати, именно там я научилась стрелять и всегда была готова к обороне.

Чтобы помочь супругу содержать семью, я работала в колхозе и обрабатывала собственный огород. После его смерти работать пришлось вдвое больше: узнала, что можно брать работу на дом и стала вручную пришивать бахрому к платкам.

Если лет 30 назад вы покупали в Киеве или области платки в украинском национальном стиле с бахромой – вполне возможно, что они были частично сделаны моими руками.

Люди, которые лучше, чем ты

В Центральный военный госпиталь меня позвала родная сестра. Она сама работала здесь сестрой-санитаркой, поэтому и мне предложила – однажды зашла в гости и сказала: "Чего ты сидишь в селе безвыездно? Попробуй работать в госпитале в Киеве! Ты же всегда любила помогать другим, а нам тут рук не хватает – санитарочки буквально нарасхват".

Так, вот, и случилось, что в госпиталь я попала, когда мне было уже больше 50 лет. Поначалу все давалось непросто – многие вещи впервые узнавала по ходу дела.

Но, знаете, я никогда не боялась работы и никогда не стеснялась говорить, что работаю в госпитале не врачом или медсестрой, а простой сестрой-санитаркой – выношу за больными судна, переворачиваю их, чтобы не было пролежней, отношу анализы в лабораторию и поддерживаю отделение в чистоте.

Жизнь научила меня простому правилу: "Полностью отдавайся любому начатому делу и во всех вопросах поступай по совести".

За 24 года в отделении травматологии, которое и сейчас, и до войны считалось одним из самых "популярных" в госпитале, мне встречались самые разные люди.

Были санитарки, которые пытались воровать, а были сестрички, которые из дома приносили накрахмаленное белье для раненых солдат.

Были те, кто не считался с возрастом и позволял себе просто так крыть меня матом, а были мальчики, которые заезжали к нам в сестринскую на инвалидных колясках, чтобы подарить шоколадку или собственный рисунок.

До 2014 года у нас лечились в основном кадровые военные. Операции, как правило, были плановыми и в большинстве палат всегда были свободные койки.

С началом АТО все поменялось: операций, как и больных, стало в разы больше. На суточной смене обычно работает две сестры-санитарки, и я помню десятки смен за последние три года, когда ни я, ни напарница не ложились спать и не присаживались даже на 15 минут.

До АТО я никогда не видела военных с травматическими ампутациями, не выносила судна за мальчиками, годящимися мне в правнуки, не видела столько конечностей, закованных в аппарат Илизарова, и, уж тем более, не видела столько смертей.

Что ты должен чувствовать, когда тебе 80 лет, за плечами вся жизнь, а в метре от тебя умирает солдатик, которому нет и 20-ти?

Что отвечать военному, которого только доставили в госпиталь, а он не может разобрать, где врачи, а где волонтеры, и постоянно спрашивает у тебя, будет ли он жить?

Что говорить фыркающему офицеру, который все привык делать сам, а теперь лежит беспомощный на больничной койке и мочится в судно, которое выносит старенькая бабушка-санитарка?

Младший медперсонал работает по схеме "сутки-трое", я по-прежнему живу в селе под Киевом и добираюсь на работу на электричке.

Вместе с пенсией и надбавками в месяц зарабатываю до 5 тыс. грн – этих денег хватает, чтобы содержать себя и небольшое хозяйство, а также хоть изредка помогать сыну и внукам.

Со дня на день выйду на заслуженный отдых и, честно, не представляю себе, как буду жить без госпиталя.

Сотрудники отделения, волонтеры и раненые ребята называют меня просто Павловна. Я отзываюсь также на "бабушка", "помогите", "санитарочка" и полное – "Варвара Павловна".

За три года войны, несмотря на горечь происходящего, мне удалось обрести настоящих друзей. Одну из моих подружек зовут Анечка Гвоздяр – она волонтер и просто хорошая девушка!

Я вообще очень люблю смотреть на нашу патриотичную, красивую и перспективную молодежь: они вселяют веру в лучшее и дарят осознание, что однажды ты оставишь этот мир людям, которые лучше тебя.

Несмотря на так называемое перемирие, в Центральный военный госпиталь еженедельно поступают тяжело раненные солдаты. Помочь бойцам АТО можно через волонтеров или лично – принеся молочные продукты, пищу домашнего приготовления, сок, воду и средства личной гигиены на волонтерский склад (заезд в госпиталь со стороны Лабораторного переулка):

Для перевода средств, карты ПриватБанка волонтеров:

4176 4900 0009 0459 Ветвицкая Наталья

5168 7423 4728 9302 Гвоздяр Анна