Президент, эфир и шпилька… Ю

Продолжим копаться в излюбленной украинской традиции. Той, в которой «у соседа корова сдохла – мелочь, а приятно». Накануне прямоэфирного формата «президент отвечает на вопросы граждан», единственный вопрос, который не дает видеть сновидения целым партийным штабам, звучит так: на чем лучше всего собирать информационный урожай? Естественно, на провокациях и скандалах. Это ведь аксиома современного прагматичного мира. Еще лучше встраиваться в чужие информационные поводы и встраиваться оскорбительно, нагло, опять же скандально.

Наконец, крайне важно правильно выбирать объект для атаки, чтобы надолго закрепиться на первых полосах таблоидов. О прямом эфире - чуть ниже, а пока о навязчивом видении окружающего мира. Марк Чэпмэн, никому не известный городской невротик, враз стал знаменитостью после того, как безжалостно отправил к праотцам икону 70-х – Джона Леннона. Сам Чэпмэн, уже снискав сомнительной славы, очень даже точно описал свою мотивацию: «мысль об убийстве Леннона пришла внезапно, как некий импульс. Я сидел, скрестив ноги на ковре... и я помню, как открыл альбом «Сержант Пеппер». «Над пропастью во ржи» (повесть Сэлинджера) было тогда выдающейся вещью... и я помню, как сказал сам себе: «А что если бы я убил его?.. Я помню, ко мне пришла мысль, что, возможно, после того как я убью Леннона, обо мне станет известно». Это я к тому, что легендарный «комплекс Герострата» никто не отменял.

Ищи объект, круши этот объект, получай свои информационные дивиденды. Понятно, что самые радикальные варианты выбирают неофиты. Но и многие вчерашние кумиры рано или поздно скатываются к какой-то простой и навязчивой идефикс. Все меркнет перед желанием как-нибудь обделать эту «идефикс».

Судя по всему, словосочетание «президент Янукович» действительно превратилось в сильнейший личный раздражитель для Юлии Владимировны Тимошенко. Ни о чем ином она думать больше не может. Для нее в этом словосочетании все плохо. Неправильное словосочетание. Не так в нем что-то. А потому и стремительно набухла болезненная идефикс – воюем с этими двумя словами любыми способами и везде, где только можно. Пусть это выглядит абсурдно, но кто сказал, что навязчивое состояние так просто победить? Очень сложное это дело. Врачебное даже. Вот вам парочка соответствующих определений. «Навязчивые мысли (обсессии) - это беспрестанное повторение нежелательных, нередко тягостных мыслей, представлений и влечений, от которых нельзя избавиться усилием воли. Всегда есть ощущение их насильственности».

И тут же добавлю, что навязчивая мысль порождает не менее «навязчивые действия - стереотипные, повторяющиеся, внешне бесцельные действия, которые нередко имеют вид ритуала». Так вот, для Юлии Владимировны больше и нет никаких смыслов, кроме как стандартизированного ритуала информационной войны против «президента Януковича». Любое его заявление тщательно микроскопируется БЮТовскими политтехнологами, препарируется на отдельные фрагменты, максимально искривляется и только после этого комментируется. Согласен, неплохая технология. Примитивная, но все еще действенная. Тем более, что сегодня никому не нужны факты, но только интерпретации. Любое президентское действие (между прочим, я ведь лично никогда не утверждал, что президент безошибочен в своих словах и поступках) тут же перевирается на предмет, «а как бы вложить в его поступки нечто вымышленное и продать это массам потребителей». Опять же – технологично и не очень затратно.

Еще раз подчеркну базовую истину: я лично согласен с тем, что президенты – в том числе и Янукович – не могут нравиться всем, не могут быть безгрешными в своих действиях, не могут глаголить только истину. Все это просто нелепо. Но с другой стороны, навязчивые состояния иных топовых ньюсмейкров (а ЮВ к ним явно относится) иногда превращают стандартную ситуацию в долгоиграющий абсурдистский анекдот.

Скажем в такой. Имеется условное тех/задание для бютовского политтехнологического умнички Олега Медведева. Допустим, ему экстренно нужно предложить оптимальные решения для трех «стратегических пятничных задач». Первое: как обеспечить вал управляемых «негативных вопросов» с разных площадок на протяжении всего прямоэфирного диалога президента. Честно сказать, задача не сложная. Организованные колонны в местах, где установлены микрофоны. Совместное скандирование брутальных лозунгов. Соответствующая поддержка транспарантами. Вторая задача для Медведева: как устроить максимально скандальные провокации на «прямоэфирных площадках». Обязательно под запись (для последующих повторов в разных эфирах).

Третья задача: как засыпать Интернет соответствующими комментариями, что «все это – управляемо, не совсем прямоэфирно, а вопросы президенту вообще писали штатные райтеры». Итог же должен выглядеть стандартно для нынешней Юлии Владимировны – большой скандал и обвинения в… отсутствии свободы слова. О свободе словам как-нибудь отдельно поговорим. А пока о целях и желаниях.

Цель понятна – разнообразными технологиями доказать, что «Украина движется по пути Беларуси». Или, в лучшем/худшем случае «по пути путинской России». Лозунг, конечно, не совсем адекватен. В Беларуси, где больше полутора десятков лет правит господин Лукашенко и где, по мнению людей случайных, есть все, свободы точно нет. Вообще никакой. Ни выборной, ни газетно-журнальной. А, следовательно, Юлия Владимировна не то, чтобы с информационными провокациями, а просто со словами «здравствуйте, я – альтернатива» там бы не появилась нигде. Ну да бог с ней, с Беларусью. Рано или поздно она выберется из лукашенкового мрачно-казематного мира. Куда больше мне нравится лицемерие наших полит/звезд. Это сегодня их уста печатают фразы о недопустимости «белоруссизации Украины». А что вчера? А вчера чеширские улыбки, братское счастье и прагматичные такие обнимушечки. Некто Турчинов А.В. – в бытность свою распорядительным вице-премьером – очень даже сильно любил Беларусь и лично Лукашенко. Выезжал туда на дружеские диалоги.

Развивал личные контакты с «демократическим режимом». Было актуально. А сейчас – «нет белорусскому пути для Украины». А завтра? Опять обнимушечки?

Впрочем, речь не об этом. Речь об… отсутствии реального повода. Согласен, президент, который панически боится отвечать в прямом эфире - это формат Лукашенко. Президент, который обожает постановочные многочасовые шоу – это формат Путина. Президент, который отвечает только через, по его собственному выражению, «журналистские морды» - это формат Ющенко. Не президент, но премьер-министр, который нелепым судебным решением запрещает вообще какое бы то ни было не/управляемое общение – это формат Тимошенко. А почему, безотносительно к идеологическим и историческим коллизиям, у президента Януковича не может быть собственного формата? Плохого или хорошего – пока не суть. После будем обсуждать. Или же он должен играть только по правилам Тимошенко?

Мне лично все равно, о чем говорят президенты (любые) во время прямых трансляций. Я прекрасно понимаю, что в этом общении гораздо больше незамутненного пиара, рассказов «о намерениях», потаканий патерналистским настроениям огромной части общества («государство должно заботиться о нас подобно папе, холить, лелеять и решать бытовые неурядицы»). Понимаю, что реальность куда больше зависит от конкретного управленческого IQ (интеллекта) всей государственной машины. От настроенности номенклатуры на внешнюю, не/лично/карманную работу. Это, конечно, понятно. Но разве ж кто-то отменял поразительное желание крупной политической партии и крупного оппозиционного лидера заниматься исключительно… информационной партизанщиной. Дешево, скандально, анархично и за чужой счет. И все-таки я пока для себя не решил – чего во всем этом замысле больше? Болезненной навязчивости или все-таки тонких политтехнологических изысков?

Вроде бы много добротных технологий – хороший информ/повод, первополосный скандал для всех медиа, прямой эфир (со словами, которые не выбросишь), динамичная телекартинка и затраты только на группу людей в соответствующей экипировке. Но после я вспоминаю глаза Юлии Владимировны и понимаю, что все-таки Чэпмэн очень точно описывает некоторые навязчивые состояния…