Кристина Хачатурова: почему детям недостаточно просто уехать из зоны военных действий

Уезд с опасной территории спасает ребенка от непосредственной угрозы, но не всегда возвращает ему чувство безопасности. Война может продолжаться в виде тревожности, нарушений сна, молчания, агрессии, страха разлуки или игры, в которой снова и снова повторяются сцены потери и опасности. Украинская психолог Кристина Хачатурова убеждена: после эвакуации ребенку нужны не только жилье, школа и бытовая стабильность, но и пространство, где он сможет постепенно восстановить доверие к миру.

Хачатурова работает в сфере детской и подростковой психологии, психоаналитической психотерапии и поддержки семей, воспитывающих детей с нейроразнообразием, в частности детей с расстройствами аутистического спектра. Её профессиональный подход сформировался на стыке педагогики, психологии и личного опыта двух вынужденных миграций.

После начала полномасштабной войны психолог работала с украинскими беженцами в Нидерландах. Она консультировала детей и взрослых, переживающих потерю дома, разлуку с близкими, длительную неопределенность и сложную адаптацию к новой среде. Отдельным направлением стала помощь родителям: им нужно было не только справиться с собственной травмой, но и оставаться эмоциональной опорой для детей.

По наблюдениям Хачатуровой, особенно уязвимыми во время войны и миграции являются семьи, воспитывающие детей с нейроразнообразием. Они оказываются под двойным давлением. К общим последствиям войны добавляются трудности, связанные со сменой привычной среды, сенсорной перегрузкой, нарушением устоявшегося распорядка, потерей терапевтов и необходимостью взаимодействовать с новой образовательной и медицинской системой.

Для ребенка с аутизмом внезапная смена страны, языка, жилья и повседневных ритуалов может стать не просто стрессом, а разрушением всей привычной структуры мира. В то же время поведенческие реакции такого ребенка окружающие нередко ошибочно воспринимают как невоспитанность или нежелание адаптироваться.

"Ребёнка с нейроразнообразием не нужно исправлять. Сначала необходимо понять, как именно она переживает изменения, опасность и потерю контроля. Помощь начинается не с требования вести себя "как положено", а с создания среды, в которой ребенок снова может почувствовать себя защищенным", – объясняет Кристина Хачатурова.

Одним из главных инструментов ее работы стала психоаналитическая игровая терапия. Ребёнок не всегда способен прямо рассказать о страхе, стыде, вине или утрате. Однако он может показать свой внутренний мир через сюжет игры, рисунок, повторяющиеся образы или взаимодействие с игрушками.

Именно этому посвящена книга Хачатуровой "Healing Through Play". В ней психолог обобщила практический опыт использования игры как способа помочь ребенку выразить сложные переживания, восстановить ощущение предсказуемости и постепенно сформировать безопасную связь со взрослыми.

К работе с детьми и семьями Хачатурова пришла благодаря многолетней академической и профессиональной подготовке. Она получила педагогическое и психологическое образование в Харьковском национальном педагогическом университете имени Григория Сковороды, прошла подготовку по психоанализу, психоаналитической терапии взрослых, детей и подростков. Также она является автором научных работ, посвященных психологической адаптации человека к новой культурной среде.

Важной частью ее профессиональной деятельности стало участие в переводе и адаптации психоаналитической литературы для украинских специалистов. Среди таких изданий – работы о психотерапии младенцев и родителей, работе с травмой, утратой, подростковым развитием и семейными отношениями. Эта работа помогает сделать современные профессиональные знания более доступными для психологов, преподавателей и студентов в Украине.

В настоящее время Кристина Хачатурова продолжает профессиональную деятельность в США. Она учится по магистерской программе по клиническому консультированию в Carlow University в Питтсбурге.

По мнению психолога, успешная интеграция ребенка не должна измеряться только скоростью освоения нового языка или оценками в школе. Гораздо важнее, вернулось ли к нему чувство стабильности, может ли он доверять взрослым, говорить о собственных переживаниях и оставаться собой.

"Невозможно просто вывезти ребенка из зоны военных действий и ожидать, что война сразу же исчезнет из его внутреннего мира. Но рядом с внимательным взрослым, в безопасной среде и через игру ребенок может постепенно восстановить то, что было разрушено: доверие, связь и способность снова представлять себе будущее", – подчеркивает Кристина Хачатурова.