Газ, оружие, Кавказ и Россия: как и почему Азербайджан укрепляет связи с Украиной. Интервью с Долговым

Еще несколько лет назад Украина и Азербайджан были скорее просто хорошими партнерами. Сегодня между Киевом и Баку формируется гораздо более серьезный союз интересов. Газ, транспорт, инвестиции, оборонные технологии – все больше направлений, в которых двум странам выгодно работать вместе. Регулярные контакты Владимира Зеленского и Ильхама Алиева, визиты высокопоставленных чиновников и новые договоренности показывают, что Баку и Киев начали присматриваться друг к другу гораздо более внимательнее.

За этим сближением стоят не только экономические расчеты. После завершения войны в Карабахе Россия лишилась одного из главных рычагов влияния на Азербайджан – своих миротворцев. После катастрофы самолета Azerbaijan Airlines отношения Баку с Москвой вступили в самый острый кризис за последние годы. А переговоры Азербайджана и Армении при активном участии США показали еще одну важную вещь: Южный Кавказ все меньше зависит от России.

Именно поэтому для Киева открывается важное окно возможностей. Азербайджан обладает энергоресурсами, сильными позициями на Южном Кавказе и особыми отношениями с Турцией. У Украины – Черное море, газовые хранилища, транспортные маршруты и то, чего почти нет у других партнеров Баку: реальный опыт современной войны, от дронов и РЭБ до новых подходов к ведению боевых действий.

Своими мыслями по этим и другим вопросам в эксклюзивном интервью OBOZ.UA поделился чрезвычайный и полномочный посол Украины Игорь Долгов, который возглавлял миссию Украины при НАТО, был заместителем министра иностранных дел Украины и заместителем министра обороны Украины по вопросам европейской интеграции.

– Украина и Азербайджан ранее поддерживали хорошие отношения, но вряд ли их можно было назвать одним из заметных направлений внешней политики Киева. Теперь ситуация меняется. Лидеры стран регулярно контактируют, появляются новые договоренности, а Азербайджан все активнее говорит об энергетическом и экономическом сотрудничестве с Украиной.

– Отношения Киева и Баку за последние годы действительно заметно изменились. Помимо политических заявлений в поддержку территориальной целостности, появляется все больше конкретных общих интересов – энергетика, транспорт, инвестиции, оборонная промышленность и гуманитарные проекты. Показательной стала встреча Владимира Зеленского и Ильхама Алиева в апреле 2026 года. По ее итогам Украина и Азербайджан подписали шесть документов, среди которых была договоренность о развитии оборонного сотрудничества. Алиев отдельно говорил о перспективах совместных проектов в оборонной промышленности.

Для Баку Украина интересна не только как партнер, которому можно продавать энергоресурсы. Через Украину открывается путь к европейским рынкам, а украинская инфраструктура может стать частью более широкой системы торговли между Каспием, Черным морем и Европой.

Для Киева Азербайджан тоже становится все более важным. Это страна с большими энергетическими ресурсами, тесными связями с Турцией и собственным влиянием на Южном Кавказе. Поэтому нынешнее сближение двух государств – это уже не просто серия дипломатических встреч. За ним стоят вполне конкретные экономические и безопасности интересы обеих стран.

– Одна из причин, по которой Баку в последние годы стал активнее сближаться с Киевом – изменения в отношениях самого Азербайджана с Россией. Баку по-прежнему поддерживает контакты с Москвой. Но влияние России уже не такое, как несколько лет назад.

– Здесь есть две линии событий. Они, конечно, каким-то образом связаны, но в то же время развивались независимо друг от друга. Во-первых, Азербайджан никогда, даже после начала оккупации Крыма в 2014 году, а затем после начала полномасштабной войны в 2022 году, не поддерживал агрессивную политику России. Азербайджан исходил из того, что территориальная целостность Украины – неприкосновенная позиция, от которой он не может и не будет отступать. И понятно почему. Украина никогда не признавала, что Карабаху нужно предоставлять независимость или присоединять его куда-либо. Украина исходила из того, что Азербайджан должен обладать суверенитетом над всей своей территорией. Поэтому этот общий для внешней политики обеих стран принцип – приоритет территориальной целостности, во многом заложил фундамент близости между Украиной и Азербайджаном. К слову, связь существовала всегда – с первых лет после обретения независимости. А если уж прибегать к историческим экскурсам, то и раньше, еще во времена УНР, были контакты между нашими народами. Поэтому нынешние события – вполне естественное развитие этих отношений. Я уже не говорю о том, что в Украине есть довольно заметная азербайджанская диаспора. Есть граждане Азербайджана, которые сражаются за независимость Украины, отдавали за неё свои жизни и продолжают сражаться на фронте. Это все часть многогранной истории двух народов – украинского и азербайджанского. Народов, которые имеют давние и дружеские связи.

Следует обратить внимание на события в самом Азербайджане, завершившиеся восстановлением его территориальной целостности. После того, как страна восстановила контроль над регионом, российские миротворцы утратили свою основную функцию и покинули Карабах. Вместе с ними Москва лишилась одного из основных инструментов влияния на Баку. Это открыло новый этап в истории южнокавказской страны и позволило руководству Азербайджана по-новому определять свою роль и место как в регионе, так и в более широком контексте. Фактически, Азербайджан получил возможность гораздо более самостоятельно определять свою политику.

Затем возник еще более серьезный конфликт – вокруг самолета Azerbaijan Airlines, который летел из Баку в Грозный и был сбит российской ПВО. Погибли 38 человек. Ильхам Алиев требовал от Москвы признать ответственность и наказать виновных, но Россия так и не признала прямо, что самолет был сбит российской ПВО. Для Баку это стало уже не просто очередным спором с Москвой. Вопрос ответственности за гибель граждан Азербайджана превратился в вопрос доверия между двумя государствами. Поэтому то, что происходило в последние годы – ответственность за это полностью лежит на России. И сбивание самолета, и давление на азербайджанскую диаспору на территории России, и всё остальное не могло не вызвать реакции со стороны Баку. Это было очевидно.

Таким образом, все постепенно шло к тому, что после восстановления Азербайджаном своего суверенитета была поставлена точка и в истории российского военного присутствия на его территории. Российских миротворцев попросили уйти, российские СМИ там также начали закрываться. Это естественная логика событий. Поэтому, конечно, на этом фоне отношения с Украиной для Азербайджана стали более приоритетными, хотя никогда они не были на втором плане.

– В целом, это уже тенденция – ухудшение отношений России со странами, которые она считает своей "исторической зоной влияния".

– Именно так. Посмотрите на Армению, посмотрите сейчас на Сербию. Если вернуться к последнему конфликту вокруг Карабаха, то Азербайджан и Армения начали двигаться к мирному соглашению уже без той роли России, которая ещё несколько лет назад казалась незаменимой. В августе 2025 года стороны договорились о мирном процессе при посредничестве США. Для Москвы это означало потерю ещё одного рычага: она уже не могла претендовать на исключительную роль посредника в урегулировании главного конфликта региона.

В целом, Россия активно теряет позиции в мире. Да, они о чем-то там снова договорились в Сирии, но в каком формате будет это присутствие и насколько оно изменится – это уже другой вопрос. Из-за агрессивной политики и войны против Украины, Россия многое теряет. Теряет она и значимость своих отношений с другими странами. И поэтому на фоне агрессии, а также таких недружественных действий в отношении Азербайджана совершенно очевидно, что Баку укрепляет отношения в других направлениях.

Посмотрите, ведь речь идет не только об Украине. Турция – традиционный союзник Азербайджана. Есть Грузия, с которой у Азербайджана не только общая граница, но и тесные отношения, а также крупные международные проекты, в частности транзитные коридоры. Все это говорит о том, что Азербайджан приобретает новые качества и может проводить самостоятельную внешнюю политику. Конечно, в основе этой политики лежит экономическая мощь, которая формируется за счет экспорта нефти и газа. Так было и будет в дальнейшем. Но на этом фоне развиваются и торгово-экономические отношения с другими странами, в частности с Украиной, странами Черноморского региона и Европейского Союза. То есть это естественное развитие Азербайджана, который давно выступает за расширение своих экспортных возможностей в направлении Европейского Союза.

– Алиев и Зеленский: личный контакт тоже имеет значение? Ведь, по словам Алиева, встреча в апреле 2026 года в Габале стала уже седьмой за четыре года. Он отдельно упомянул свой визит в Киев в январе 2022 года и подчеркнул, что личный контакт с Зеленским помог вывести двусторонние отношения на новый уровень.

– Конечно, имеет. И это важный момент, потому что нынешнее сближение не возникло внезапно. Это системная работа, которая продолжается уже несколько лет. Они встречались и в январе 2025 года в Давосе, где обсуждали политическое, экономическое, гуманитарное и энергетическое сотрудничество. В апреле 2026 года состоялась уже очередная встреча – на этот раз в Габале. И если Алиев говорит о седьмой встрече за четыре года, то это свидетельствует о том, что между двумя президентами сложился постоянный политический контакт. Поэтому нынешний визит главы МИД Азербайджана Джейхуна Байрамова в Киев – продолжение этой линии. И важно, что сегодня за политическими контактами уже стоят вполне конкретные экономические и энергетические проекты.

– Если говорить именно о практических результатах, то самым интересным направлением сейчас является энергетика. Во время визита в Киев 6-7 августа 2026 года глава МИД Азербайджана Джейхун Байрамов заявил, что Баку готов поставлять Украине природный газ, если будет создана необходимая инфраструктура. Отдельно он упомянул о заинтересованности в украинских подземных газохранилищах. Возможно ли формирование нового маршрута – Каспийское море – Чёрное море – Украина – Европа?

– Газ здесь действительно может стать одним из самых практичных результатов нынешнего сближения. Потому что это уже не просто политический жест или декларация о дружбе. И украинские подземные газохранилища, и альтернативные маршруты транзита, и нефтепровод Одесса – Броды, и то, что азербайджанский газ уже поступал в Украину в обход. Это можно и нужно развивать. Азербайджан обладает энергетическими ресурсами и заинтересован в выходе на европейские рынки. У Украины есть крупные подземные газохранилища, расположенные фактически на стыке нескольких направлений, и географическое положение, позволяющее работать с рынками Центральной и Восточной Европы. Поэтому если Азербайджан действительно начнет поставлять газ в Украину, а Украина предложит свои хранилища и транспортные возможности, это уже станет созданием нового энергетического маршрута – Каспийское море – Чёрное море – Украина – Европа. И здесь важно смотреть шире, потому что речь идет не только о газе.

Потенциально это может быть маршрут для нефти, электроэнергии, товаров, транспортных потоков. В 2025-2026 годах обе стороны все чаще говорят именно об энергетике, транспорте, логистике и региональной взаимосвязанности. Во время встречи Зеленского и Алиева в апреле 2026 года также обсуждались вопросы энергетики и расширения двустороннего сотрудничества. А в мае Зеленский прямо называл перспективными сотрудничество в области энергетики, логистики, транспорта и инфраструктуры.

Главное препятствие – безопасность и война. Посмотрите, что сейчас происходит в Черном море. Украинские порты фактически вновь оказались под угрозой. Украинский экспорт не имеет полноценного выхода через море на внешние рынки. Это означает, что будет расти нагрузка на другие возможные маршруты. Пока не будут созданы надлежащие условия безопасности, все это будет оставаться потенциалом, возможностями, которые можно будет быстро реализовать, когда для этого появятся условия. Условия понятны – прекратить войну. Россия должна прекратить боевые действия. Но мы этого пока не видим.

– Насколько, учитывая, что Азербайджан, как и Украина, заинтересован в демонтаже российской монополии на постсоветском пространстве, совместные действия двух стран могут расшириться в сферах энергетики, логистики, транспорта, сотрудничества в международных институтах?

– Если говорить об объединении возможностей Азербайджана, то здесь нужно вспомнить не только об Азербайджане и Украине, но и о Грузии. Речь идет о максимальном содействии транзиту и повышении транзитных возможностей этого коридора. Трамп это тоже понимал, когда принимал в Вашингтоне лидеров Армении и Азербайджана. Транспортный коридор через этот регион сейчас приобретает особое значение, особенно с учетом нестабильности на Ближнем Востоке. Итак, наша задача в рамках сотрудничества с Азербайджаном – максимально создавать благоприятные условия для транзита. В этом и заключается одна из главных ценностей взаимодействия с Азербайджаном. А дальше уже добавятся двусторонняя торговля, инвестиции, которые Азербайджан может продолжать вкладывать в Украину – через SOCAR или другие компании, гуманитарные проекты, участие в восстановлении Украины. Поэтому я бы начинал именно с транспортных и транзитных возможностей. Транзит нужно развивать, а всё остальное постепенно добавится.

– Тогда отдельно о военно-технологическом сотрудничестве. Может ли Азербайджан его углубить? Украина обладает уникальным боевым опытом современной войны – дроны, РЭБ, адаптивные тактики. У Азербайджана есть финансовые ресурсы, энергетические возможности, а также технологические связи через Турцию и Израиль. Может ли это стать отдельным направлением сотрудничества?

– Потенциально да, и оно может быть взаимовыгодным. У Украины сегодня есть то, чего нет практически ни у кого другого – огромный опыт современной войны. Это дроны, борьба с дронами, РЭБ, разведка, новые тактики, быстрая адаптация технологий непосредственно к условиям поля боя. Азербайджан, со своей стороны, обладает финансовыми ресурсами, энергетическими возможностями, а также технологическими связями с Турцией и Израилем. Поэтому здесь есть поле для сотрудничества. Но оно, скорее всего, будет очень осторожным и в значительной степени закрытым. Ранее такое сотрудничество уже существовало и было необходимо Азербайджану. Он выступал потребителем украинской продукции, в частности советского производства, которая была необходима для развития потенциала его вооруженных сил. Но в качестве донора, в качестве экспортера Азербайджан пока официально не выступает. Он воздерживается от этой роли.

– Может ли это измениться и есть ли у Азербайджана что-то интересное для нас?

– Безусловно. Если говорить обо всей советской номенклатуре, то она до сих пор используется на поле боя. Поэтому все возможно. Например, те самолеты МиГ-29, которые в свое время Украина продала Азербайджану, затем Азербайджан в 2022 году привез в Украину. И они, насколько я понимаю, так и остались у нас. Поэтому здесь нужно смотреть, что именно потребуется, какие возможности есть и что можно будет реализовать. Есть вещи, которые нужны ежедневно. Артиллерийские снаряды, которые разными путями поступают в Украину из разных стран, в частности из балканских государств. Поэтому то, что можно делать, делается. Просто сейчас лучше открыто об этом не говорить. Нам важно, чтобы было чем воевать.

– Понятно, что Россия будет негативно реагировать на это сближение. Но настолько ли она ослабла в регионе, что уже не имеет такого влияния на Азербайджан и его политику, как раньше?

– Как раньше, наверное, нет. Но все равно оно присутствует. Посмотрите на Армению. Уже несколько раз Путин заставляет Пашиняна проводить референдумы. Мы это помним, как это было с Украиной. Есть и экономическое давление. Россия может запрещать импорт продукции на российский рынок. Это средства давления. Очевидно, что также будет использоваться тот факт, что все страны Кавказа – и Армения, и Азербайджан, и Грузия – имеют в России очень крупные диаспоры. Например, армянская диаспора значительную часть средств перечисляет в Армению – своим родственникам, друзьям, знакомым. И таким образом обеспечивает валютные поступления для страны. В Грузии и Азербайджане это тоже имеет место, хотя и в меньших масштабах. Поэтому Россия будет использовать все, что угодно. Там нет никаких стоп-сигналов или каких-либо моральных принципов. Все пойдет в ход. И наши партнеры, наши друзья из этих стран хорошо об этом знают. Однако они сознательно развивают и будут развивать самостоятельную внешнюю политику, поскольку зависимость от России ни к чему хорошему не приводит. И этому есть масса подтверждений.