Кислородная подушка для группы Prodigy

Кислородная подушка для группы Prodigy

Данный опус вряд ли будет традиционным для рубрики «До и после». Скорее, это некий итог наблюдений за «третьим пришествием» Кейта Флинта & Со в столицу Украины и результат моих ощущений.

В силу обстоятельств мне довелось участвовать в подготовке визита королей рейва в Киев и их концерта в МВЦ. Поэтому вполне могу назвать этот материал «взглядом изнутри». А поскольку в этом шоу я занимался работой со СМИ, попробую взглянуть на событие через призму отечественных газет, журналов и телеканалов. В общем, о PRODIGY, украинской журналистике, ночных таксистах и не только… Группа The Prodigy, которая в следующем году будет отмечать свое 20-летие, является главным представителем брутальной электроники на массовом рынке. Лидер и главный сочинитель коллектива Лиэм Хаулетт придумал свести воедино достижения рейв-культуры и агрессию амого лютого хэви-металла. В итоге получилась вполне востребованная музыка, особенно среди юношества и недовеселившихся в молодые годы людей среднего возраста: с одной стороны, можно танцевать, с другой – давать выход накопившейся негативной энергии.

Видео дня

Пиком популярности The Prodigy был альбом 1997 года Fat of the Land. После нескольких лет успеха в жизни коллектива наступил некоторый спад: группу покинул танцор Лирой Торнхилл, Лиэм Хаулетт углубился в музыкальные эксперименты, которые оценили не все поклонники, Максим Риэлити взялся за сольное творчество, а Кейта Флинта одолели серьезные проблемы со здоровьем.

Вряд ли кто-нибудь ожидал, что коллектив снова прорвется «на передовую». Но утраченная, казалось, популярность к группе все-таки вернулась. В феврале 2009 года музыканты выпустили первый за последние пять лет альбом Invaders Must Die, возвращающий группу к ее корням. Альбом имел феноменальный успех. После его выхода группа отправилась в мировой тур. Визиту Prodigy в Киев предшествовало много забавных вещей. Сначала одна газета опубликовала «достоверную» информацию, гласившую: «Организаторы не готовы! Руководство МВЦ в шоке – концерт не состоится!» Затем позвонила знакомая журналистка и с придыханием прошептала: «Из официальных источников мне стало известно, что за три дня до концерта еще не продано ни одного билета!» Пришлось, ссылаясь на Закон об информации, разъяснять, что такое «официальные источники»,  рассказывать, что производство шоу подобного уровня требует значительных капиталовложений, называть приблизительные цифры (Ђ1–3 миллиона, без учета гонорара артиста). Объяснив это, спросил: «Как ты думаешь, кто-то хочет попасть на такие деньги?» В общем, проехали. Потому что уже на следующий день, устав отвечать на вопросы наподобие: «Скажите, а приедет второй состав группы или третий?» (Ага! Пятый! С хором Верок Сердючек и шестью «Ласковыми маями»!) – вынужден был пригласить на концертную площадку, где монтировалась сцена, телевизионщиков и позволить им совать камеры во все щели. Настораживало то, что менеджмент группы наотрез отказывался от проведения пресс-конференций, интервью и т. п. Более того, снимать первые три песни концерта разрешили только трем съемочным группам…

Аэропорт. Вечер. Журналисты и фанаты выслушивают мои мудрые речи о том, что: «Коллеги! Киев – европейский город! Давайте не допустим того, что произошло в Минске, где артистов едва не разорвали представители СМИ и поклонники!» – и выстраиваются перед выходом из терминала «С» в дисциплинированную шеренгу. Всех волнует вопрос: «Будут музыканты общаться с прессой или нырнут в «мерседесы» S-класса?» (В Москве Prodigy понтонулись и заказали самый длинный из существующих лимузинов – это по их пробкам-то!)

К слову, о райдере. Гостиница «Хайят» (технари группы жили в «Президент-отеле»), шампанское «Вдова Клико» – 2 ящика по 4 тысячи гривен за бутылку. Много всего другого и… врач «скорой» с кислородной подушкой за сценой во время концерта – кислородное голодание в силу возраста и многолетней дружбы со спиртным. Впрочем, о том, на каком этаже жили музыканты, какой туалетной бумагой пользовались, в какой толчок справляли нужду, в каком ресторане ужинали, в каких клубах пили и плясали, написали уже все кому не лень. Сообщаю: не были музыканты в день прилета ни в одном из киевских клубов, кроме «Патипа». Далее, помыкавшись по ресторанам, так ничего и не выбрав, группа вернулась в отель. В день шоу артисты в похмелье не ходили босиком по травке за городом, о чем написали многие! После концерта в «Арену» на afterparty отправились только гитарист, барабанщик и кто-то из технарей...

Аэропорт. Среди группы фанатов выделяется молодая семейная пара. Папа держит на руках маленького ребенка. «Тоже фанат?» – спрашиваю. «Прическу показать?» – отвечает папа. Показал. Впечатлило…

Наконец, пройдя все необходимые процедуры, появляются музыканты. Объясняем им порядок запланированной «церемонии». Кивают головами: «ОК!». Выходят из терминала. Кейт Флинт без каких-либо прелюдий подскакивает к журналистке с «1+1», склоняется к микрофону, который опешившая девушка забыла сунуть ему в лицо, приветствует Киев и интересуется, как мы себя чувствуем. Далее произошло то, чего мало кто ожидал (Киеву действительно повезло в этом отношении, в отличие от Риги, Москвы и Питера): артисты не только активно общались с прессой, раздавали автографы, но и позволили себя фотографировать в обнимку со счастливыми фанатами. Естественно, больше всего внимания выпало на долю ребенка с прической а-ля Prodigy…

Все. Сели в машины и поехали в Киев. На меня и Александра Стрижака – президента компании-организатора – налетает Соломия Витвицкая с «Плюсов»: «Млять! Пацаны! С перепугу английский вспомнила, хотя знаю только немецкий!.. Где этот ребенок?! Хочу ребенка!»

КОНЦЕРТ

Сознаюсь честно: концерт не видел! Видел более 180 человек, причисляющих себя к журналистской братии, совавших мне печатную продукцию с анонсами (большинство из них к СМИ имели весьма отдаленное отношение: пришли по каким-то «гостевым спискам» –  московские коллеги «помогли»). Видел толпы людей у входа в зал (более 7 тысяч). Видел глаза Евгения Минко («Телекритика»), с любопытством наблюдавшего за тем, как я рулю между видеооператорами (концерт в итоге снимали 14 камер), фотографами и охраной. Помню, что отдал Жене какие-то пригласительные… Помню, как наорал по телефону на все ту же Соломию с «Плюсов», требовавшую, чтобы я то ли перенес куда-то ПТС на руках, то ли засунул кому-то в «одно место» атомную бомбу, – через две минуты перезвонила и сообщила, что она с оператором «уже под сценой». «Под какой сценой?! Что она наобещала охране?! Что мне теперь рассказывать менеджерам группы?!» Помню, как меня «востребова ла» подвыпившая парочка, спугнувшая своими корочками, подтверждающими их принадлежность к аппарату Верховной Рады, пацанов-спецназовцев. Помню, как объяснял этой «нищете», привыкшей к халяве, что это кассовый концерт и здесь им не обломится… А до этого были три десятиминутных эксклюзива для «Плюсов», «5-го» и ICTV…

Разгребся. Бреду в сторону сцены. Дорогу преграждает охранник, совсем офигевший от мощи колонок, под которыми он стоит. (270 кВт звука – как это павильон МВЦ не сложился пополам?) Сую ему под нос бэйдж – не реагирует. Орет то ли «Нихт шизн!», то ли «Гитлер капут!». Машу рукой у него перед глазами. Узнает. В это время заканчивается последняя песня. Стою напротив ступенек со сцены. Сбегают Кейт, Лиэм и Максим. Им подают полотенца и напитки. Не помню, говорили ребята друг другу что-либо или нет, но через несколько мгновений они снова бегут на сцену. Зрители встречают их ревом. Направляюсь в продакшн-офис за сценой. Падаю на стул в углу… Я никогда не был ни поклонником рейва, ни фанатом «продиджей», но… Зрители в зале поют на протяжении двух бонусных композиций настолько громко, что перекрикивают бэк-лайн, направленный на музыкантов… И тут произошло со мной нечто. Вдруг понял, что сейчас я являюсь свидетелем какого-то чуда. Чуда, которое эмоционально объединило всех, присутствовавших этим вечером в зале МВЦ. И чудо это сотворили Prodigy!..

Кто-то подходит, спрашивает, жив ли я. Киваю головой в ответ. А внутри по-прежнему горит искорка того чуда, с которым соприкоснулся…

ПОСЛЕ

Из зала не спеша, ожидая еще чего-то, выходят мокрые от пота зрители. Артисты благодарят всех, кого встречают за сценой, – от руководителей компаний-организаторов до уборщиц (да, культура шоу-бизнеса – это вам не «наши раши» и «файны юкрайны»)… Сую нос к музыкантам в гримерку – пьют шампанское, кадрят девиц из какого-то модельного агентства (уже не помню, чем они занимались во время шоу). Не вижу смысла задавать вопрос, все ли у них в порядке, – довольны концертом, это видно по лицам… Возвращаюсь в продакшн-офис. Заходит девушка-переводчица: «Им сейчас не до меня… Ох и девицы! Английского не знают, но…» Жму руку начальнику охраны, вместе с которым мы заводили под сцену фотографов и видеооператоров… Наконец захмелевших музыкантов рассаживают по машинам. Открывается служебный выезд и… «Ну зачем он это сделал?!» – вскрикивает Таня Дальская, пригласившая и сопровождавшая группу в туре. Охрана несется к остановившемуся «мерседесу», из которого Кейт Флинт вышел к фанатам. Ничего. Никто никого не растерзал. Какое-то тотальное дружелюбное братание…

Брожу по опустевшим гримеркам и офисам…Техники и механики сцены начинают демонтаж – аренда зала не из дешевых, к утру нужно успеть убраться…

Все. Топаю к «Левобережной». Моросит дождь. У входа молодежь пьет пиво и поет… В вагоне метро три девушки активно обсуждают, в каком из залов ж/д вокзала им лучше провести ночь, чтобы утром уехать в Харьков… Сажусь в такси, которое должно увезти меня за город. Ночные таксисты народ особый – психологи. Очевидно, на моей физии было нарисовано что-то такое, что не позволило водителю врубить «Шансон»…

Это уже позже в прессе появятся публикации, в пух и прах разнесшие качество звука. (Специалисты, однако! Видно, умеют крутить ручки на пульте лучше звукооператора «продиджей».) Будет московский концерт в «Крокусе», задержавшийся с началом на 45 минут – публика снесла ограждение перед сценой… Будет «Правда Романа Скрыпина», в которой известный тележурналист выпытывал у Александра Стрижака, во сколько обойдется предвыборным штабам выступление Мадонны в январе на Майдане в валенках и шапке-ушанке (для понимания: ее гонорар с шоу – от трех миллионов «денег»; в прямой политической рекламе участия не принимает)… Придет время для организаторов «работать над ошибками» – отвечать на журналистские вопросы вроде: «А почему в МВЦ всего два входа?» (Ребята! А в Киеве вообще есть концертные залы, кроме ДК «Украина», где можно сидя поскучать под «Шарманку» Баскова?); «А почему в туалете не горела лапочка?»; «А какой гонорар «продиджей» за киевский концерт?» (100 тысяч); «А насколько дешевле «выдернуть» артистов из тура, чем ангажировать их с насиженных мест?» (До 25%)…

Все это будет позже. А пока еду домой в такси. Таксист: «Ты откуда?» – «С концерта Prodigy» – «О! А у меня есть их последний альбом! Invaders Must Die называется! Слышал?! Сейчас поставлю!» Наш человек, в общем:-)

Материалы предоставлены в рамках контентного сотрудничества сайта «Обозреватель» и журнала «Публичные люди».

Кислородная подушка для группы Prodigy

Кислородная подушка для группы Prodigy

Кислородная подушка для группы Prodigy

Кислородная подушка для группы Prodigy

Кислородная подушка для группы Prodigy

Кислородная подушка для группы Prodigy

Кислородная подушка для группы Prodigy

Кислородная подушка для группы Prodigy

Кислородная подушка для группы Prodigy

Кислородная подушка для группы Prodigy

Кислородная подушка для группы Prodigy

Кислородная подушка для группы Prodigy