Увеличить шрифт

1

2

3

Читайте также »

	»Литвиновщина
	»Нервный лоббист Зварич
	»Перемирие и фига
	»Кто отравил Ющенко? - 4
	»Кто отравил Ющенко? Часть 3

Не пропустите »

	»Уилл Смит станет настоящим фараоном
	»Тренер сборной Хорватии "заряжает" игроков... в постели
	»На пальце Пугачевой появилось обручальное кольцо

Интересное »

новости, загрузка.

Увы, большая украинская политика полнится преимущественно анекдотическими персонажами. Вернее, скрытыми эксгибиционистами, которые напоказ и максимально широко выставляют свои многочисленные пороки, моральные дефекты, постыдные желания и регулярно продают все это нам. Мы пока покупаем. Иногда, правда, мы пытаемся верить, что они - наши политики – достойные государственные мужи, которые пекутся о благе страны, придумывают единообразные правила общежития (именуемые законы и конституционные уклады), гарантируют стабильность. А на самом деле, почти все они – классические «клинические случаи», забредшие в политику только ради одного. Ради того, чтобы компенсировать свои «болезни». Без обид. Это всего лишь констатация. Каждый из этих господ (именно каждый – исключений не бывает) под завязку набит разнообразными комплексами неполноценности, фобиями, завистью и прочими странностями, которые предлагает нам вкушать в качестве его блестящей «визитной карточки». О каждом из них можно говорить в уничижительном, описательно-психиатрическом или анекдотическом ключе, но только не серьезно. И когда мы в очередной раз пытаемся удивляться политическому предательству, стремительному «перебежничеству» какого-нибудь Бута или Волкова (этот экс-баскетболист, кстати, в свое время открыл эпоху постыдных постпомаранчевых перебежек в парламенте, но кто уже об этом помнит), нужно попробовать словить себя на следующей мысли - «а разве человек с тем или иным моральным дефектом может вести себя иначе?» Ладно, перейдем от общего к частному. В моей «портретной коллекции» уже был некто Роман Михайлович Зварич. Странный тип. Теперь же очередь еще одного прелюбопытного «современного политика».

Возвращенец

Владимир Михайлович Литвин, надо признать, особое явление в политической Украине. Он есть всегда и везде. Он всегда готов «занять неформальную должность главного посредника». Он всегда готов мирить президента, премьера и всех, кто претендует на эти «хлебные места». Он знает, «как и что делать». Он не боится скандалов и даже не замечает их. Литвин пытается быть тяжеловесом уже больше десяти лет. Некогда скромный историк с огромными амбициями, Владимир Михайлович так и не сумел укротить собственное тщеславие, а потому по-прежнему пытается усидеть на трех стульях. Стул первый (мечтательный) – парламентский спикер. Повторно. Вместо молодого и зеленого Яценюка. Стул второй (скандально-плагиатный) – «главный историк Украины», который, извините, «впарил» собственной стране «Историю Украины» в трех объемных томах, ровно наполовину составленную из ворованных материалов. Кстати, о трехтомнике. Литвин – действительно уникален. Он весьма активно занимается политикой – лично презентует собственные политические проекты, лично ведет многочисленные кулуарные переговоры, лично работает с «медийными агентами», лично продвигает собственный «мыльно-опереточный имидж». Стоит напомнить, что в свое время этот персонаж возглавлял даже легендарную «президентскую администрацию» (вот уж зловещий институт в новейшей украинской истории) Л.Д.Кучмы. И был одним из авторов-конструкторов так называемой «закрытой системы влияний», в центре которой находился Папа, единолично решавший, кому и что отдавать (собственность, влияние, сахарную должность в кормление), а кого «сажать» и надолго. Так вот, при Папе должен был находиться некий всезнающий «адъютант», доверенный «оруженосец» на свой вкус решавший, кого пускать к Папе «на доклад (а значит, предоставить ему возможность оправдаться или предложить себя в качестве исполнителя), а кого не пускать. Таким незамысловатым образом именно простой (скромный, формально тихий, но чрезвычайно тщеславный) адъютант с внешностью В.М. Литвина оказывал сильнейшее влияние на ранжир влиятельных людей в кучмовской Украине. Тем не менее, не без ложки дегтя. Для самого Владимира Михайловича, разумеется. Хотя Литвин и создавал столь специфическую «систему», все-таки своей кульминации она достигла при другом уникальном персонаже – при Викторе Владимировиче Медведчуке. Которому Литвин, понятное дело, в интриганской грамоте уступает чрезвычайно сильно. Грубо говоря, Литвин - это всего лишь студент на интриганском факультете, где «профессорствует» именно Медведчук. Впрочем, Литвин – студент-отличник, который быстро набирается опыта. Но мы опять сильно отвлеклись. Так вот, начиная с 1994 года, с того самого года, когда Литвин активно окунулся в новейшую украинскую политику и занялся конструированием собственной карьеры, он предложил миру… более 50 увесистых книжных томов, написанных собственноручно. Или почти собственноручно. Если быть более точным, то «электронный каталог Национальной библиотеки им. В. Вернадского» на соответствующий «фамильный запрос» выдает цифру 57. И, между прочим, все эти книги имеют очень даже приличный объем в сотни страниц. Литвин всеяден, и заголовки его книг об этом говорят убийственно красноречиво – он «анализирует» не только текущую политику, но также много и со вкусом пишет о фондовых рынках, телекоммуникациях, модернизации отечественного образования, принципах большой и малой приватизации, национальных особенностях украинцев, различных исторических коллизиях в жизни Украины. Поражающая работоспособность и поражающая энциклопедичность знаний. И все бы хорошо – «гений» Литвина процветает, имидж современного энциклопедиста стремительно набухает, авторитет растет не по дням, а по часам. Если бы не прискорбный плагиатный прокол. Когда амбиции Литвина (в части того самого «исторического столпа» его личного имиджа) достигли кульминации, он выпустил злосчастный именной «трехтомник», который сам же презентовал «как наиболее полную и всеобъемлющую национальную историю Украины». Но оказалось, что половина текстов в этом трехтомнике сворована у других авторов. И не просто сворована и переработана (в научном мире интеллектуальное воровство - в порядке вещей), но банально и нагло переписана под копирку. Без правок и переосмыслений. Наглость и в самом деле впечатляет. Но и это еще не все. Даже в сворованных фрагментах «автор Литвин» по непонятным причинам умудрился допустить сотни… фактологических ошибок, что уже доказано настоящими авторами. И что Литвин? Ничего. Он даже не заметил столь постыдного скандала, в любом нормальном сообществе начисто убивавшего репутацию и самого «историка». Отсидевшись пару недель в каком-то укромном месте (Литвин всегда так делает во время подобных именных скандалов), он как ни в чем не бывало вышел с очередным политическим проектом и на досрочных парламентских выборах доказал, что «країні потрібен Литвин». Доказал ровно настолько, чтобы переползти вожделенный трехпроцентный барьер.

Стул третий (опять же мечтательный) – главный распорядитель, главный политический теневик. Идеально, особо вкусно и притягательно - Папа (такой как Кучма). Хочет ли Владимир Михайлович быть президентом? Хочет. Очень хочет. Невыносимо хочет. Сможет ли? Нет. Не соберет денег. Не сумеет убедить олигархов. Тем не менее, Литвин все еще в первом эшелоне. Несмотря на то, что, во-первых, на нем неприлично (впрочем, что такое «прилично» применительно к нашей политике?) много «политической грязи». Во-вторых, он неоднократно терпел жесточайшие поражения, после которых обычно уже не поднимаются. О репутации Литвина умолчим. С ней и так все ясно. В-третьих, а какой вообще смысл в периодической реанимации Литвина-политика? Никакой. Для страны. Но не для самого Литвина. Владимир Михайлович – непотопляемый «Титаник». И апломба много, и антирепутационный айсберг его не «раскалывает». А сколько энергии? Литвин усиленно машет руками, сопровождая этими неуклюжими движениями свои размышления «о насущном». Попутно взбивая политическое молоко, надеясь на выходе получить первоклассную «сметану» и выбраться на самый верх. Опять о президентстве?

Тень «отца Гамлета»

Само собой, непотопляемых, с очень плохой репутацией, с впечатляющими скандальными шлейфами за спиной у нас много. Но даже на этом «рыбном месте» Литвин особенный. Его уникальность сродни простоте, которая, как известно, хуже воровства. При всей очевидной отрицательности собственного имиджа, Литвин, как это ни парадоксально, претендует не только на место в политике (где-нибудь в предбаннике среди прочих лоббистов), но на одно из главных мест.

Владимир Михайлович всегда умело приспосабливается к любой системе. И чувствует себя в любой системе комфортно. Но ему нужно не просто «приспособление» у чужой системе, как многим его менее удачливым коллегам. Литвин всегда пытается нарастить собственный вес и влиятельность. Литвин уже устал доказывать, что он очень даже удобный посредник (для любых проектов), переговорщик, теневой торговец. Ну а репутация? А вот это и есть вторая специфическая особенность Литвина. Он – опять же едва ли не единственный из наших уморительных политиков – который научился делать вид, что «компроматами» его просто обижают. А на самом деле он очень даже «белый и пушистый». Литвин как бы подчеркивает, что дело не в его репутации (она, по его мнению, идеальна), но только в том, что против него – очень умелого государственного деятеля – завистники ведут информационную войну. Он выходит в телеэфир, широкого раскрывает «невинные глаза», немного краснеет, убедительно разводит руками и с крайне удивленным видом говорит о себе, как о жертве. Это второй образ, который сам Литвин и продает нам – «он вечная жертва заговоров». Кстати, о заговорах. Возьмем, к примеру, любимую долгоиграющую «PR-игрушку» Владимира Михайловича – его участие или неучастие в трагической судьбе журналиста Гонгадзе. Сразу признаем, что, несмотря на внешнюю неуклюжесть и примитивность (эта история уже порядком утомила общественное мнение, а зря), кампания по привязке Литвина к «убитому журналисту» проходит весьма грамотно. Основная интрига построена на ожидании новых сенсационных разоблачений, управление интригой базируется на тонком и хорошем знании психологических особенностей фигуранта. Экс-спикер Литвин слишком эмоционален, а потому часто не выдерживает «фактора умолчания» и самостоятельно начинает сеансы саморазоблачения. Непонятная и неоправданная вспыльчивость спикера только добавляет скандальности в тему. Необозначенные авторы «антилитвиновской информационной игры» только намекают, тогда, как сам Литвин уже публично что-то опровергает. Общественность реагирует на эти саморазоблачения с удивлением – «если ничего нет, то почему ты нервничаешь». А потом у некоторых обывателей закрадывается шальная мысль: «дыма-то без огня не бывает». Одно можно сказать – Литвин намертво привязан к Гонгадзе и почти все знает о том, что и как произошло в те роковые дни. Знает о возможных мотивах и о реализованных сценариях. И все прочие знают, что Литвин знает. Но – пока тишина. Тонкий расчет – никаких прямых обвинений, только намеки и… оправдательные спичи самого Литвина.

Вот вам еще один парадокс Литвина. С одной стороны, он пытается делать вид, что скандалы его не касаются. А как только возникает реальный кризис (личностный, разумеется, потому что «государственные кризисы» Литвин знает, как «лечить), он уподобляется легендарному страусу и прячет свою голову куда-либо на какой-либо срок. С другой стороны, он крайне неустойчив к провокациям и сразу же начинает паниковать. Если не успеет спрятаться. Интересно, сравнить Литвина и Юлию Тимошенко (именно этих двоих чаще всего провоцируют при помощи жестоких, нижепоясных провокаций). Так вот, разница в том, что Тимошенко легко переносит внешние оскорбления и почти не реагирует на них, все больше сосредотачиваясь на оперативном управлении экономикой и выстраивании долгоиграющих конфигураций. Литвин же наоборот – слишком быстро и откровенно реагирует на любые провокационные заявления своих негласных оппонентов и временно теряет… политическую устойчивость. Однако и в том, и в другом случае авторы «именных кампаний» достигают нужного им результата: Тимошенко и Литвин таки оказываются втянутыми в локальные противостояния или реагирования и не могут инициировать любые стратегические проекты.

Как бы там ни было, эмоции и грязные шлейфы мешают Литвину стать «большим гуру». По большому счету, «политические скелеты», которыми полнится шкаф Владимира Михайловича, уже давно бы поставили крест на любой другой биографии. Но только не на литвиновской. Он все еще продает себя. Успешно продает. Видимо, у нас слишком короткая память. Видимо, нам безразличны все эти мягкотелые «моральные составляющие» политического процесса. А разве может быть иначе? Политика (у нас) – это банальный торг. А в торговле все равны. И репутации не имеют значения. Важны цена и качество товара. Литвин, судя по всему, пока еще качественный товар для ряда потенциальных «политических покупателей». Тем не менее, к большому сожалению самого Владимира Михайловича, он так и не понял, что «молока» у нас в политике нет. Там – сплошная вода. А значит, не получится у него взбить «сметанку» и карабкаться по ней к самой заветной «сливочной должности». «Папиной» должности…