"Мне нечего терять – я видел все". Известные украинцы-военные – о конце войны, триггерах в мирной жизни и Украине через пять лет

24 августа мы встречаем по-разному. Для кого-то это день радости, для кого-то – день, когда вспоминаешь тех, кого уже нет рядом. А еще – это еще одно напоминание о том, какой дорогой ценой нам дается свобода.

OBOZ.UA поговорил с известными украинцами, для которых война – не просто слово из новостей. Они воевали или воюют сами, ждали с фронта своих близких, теряли, возвращались с передовой к мирной жизни. Как они встречают этот День Независимости? Что война изменила в них самих? Что болит больше всего? И какой они мечтают увидеть Украину через пять лет?

Дмитрий Линартович: "Мечтаю, чтобы не втыкали ножи друг другу в спину"

Дмитрий Линартович – заслуженный артист Украины. В 2015 году принимал участие в АТО. С первых дней полномасштабного российского вторжения вступил в ряды территориальной обороны. Позже подписал контракт, прошел отбор в десантно-штурмовые войска. Воевал на Херсонском направлении, в районе Бахмута в Донецкой области. В январе 2023 года получил тяжелое ранение под Соледаром. На весь мир прогремела его пламенная речь, в которой артист с перебинтованным лицом обращается к украинцам: "Мы на данной Богом земле! Нас никогда не сломить! Мы побеждаем!".

Мои мысли накануне 24 февраля были очень просты: в 1991 году мы обрели независимость лишь на бумаге, но за нее нужно бороться, и впереди очень много работы. Особенно работы по объединению, ведь война – это лакмусовая бумажка для общества. Хорошо, если у человека есть патриотическая или гражданская позиция. А если такой позиции нет, это палец, воткнутый в колесо нашего движения вперед. Нам нужно укреплять, а кое-где и заново перекладывать фундамент. Нужно еще раз напомнить, что такое украинская "прошивка", перепрошить себя. Это как ежегодный техосмотр страны, людей и нашей украинской сущности.

Как война изменила меня? Решения стали быстрее. На боевых заданиях очень много адреналина. Когда заглядываешь в лицо смерти, постоянно находишься в состоянии максимальной собранности – как мяч, ожидающий удара. И это изменило меня: я начал жить здесь и сейчас, не бояться принимать кардинальные решения. В творчестве тоже стал смелее. Возникает такой комплекс ветерана войны: "Мне нечего терять". Я видел все. Так какой смысл бояться? Должен признаться, стал немного жестче. Потому что на боевых заданиях очень грубые вибрации. Там не скажешь: "На тебя танк. Пожалуйста, из РПГ стреляй в него, чтобы его остановить". Все происходит в очень грубых интонациях. А в мирной жизни за собой уже нужно следить. Другое дело, что мне повезло: у меня творческая профессия – она возвращает меня к человеческому.

Что удивляет в мирной жизни? То, что люди порой опускают руки. Если у тебя сегодня что-то случилось – конфликт, нервная ситуация или что-то еще – поспи. Пройдет два дня – вставай. Надо что-то делать: выйди, прогуляйся, скажи, позвони, встреться. Действуй. Я не люблю, извините меня, бездействия: "Ну вот так случилось – и все. Это конец". Нет. Я считаю, что конец – это начало. И ещё меня беспокоит, когда человек говорит: "Я устал от войны". Да мы все устали. Но жить нужно. И делать так, чтобы было лучше. Я сторонник именно этого.

Не хочу думать об идеальной Украине в будущем, потому что считаю, что она у нас уже есть. Люди, несмотря ни на что, помогают, борются, занимаются волонтерством, держатся, преодолевают противоречия. Хочу, чтобы мы сохранили то, что имеем сегодня. Потому что когда все закончится, и мы победим – а это однозначно, – поверьте, такого общества, может, и не будет. К сожалению, украинцы лучше всего консолидируются во время испытаний. И у меня вопрос: а почему мы не можем объединяться, когда все хорошо? Поэтому я хотел бы, чтобы мы сохранили то, что имеем. Чтобы не было этих раздоров, предательств, зависти. Чтобы не втыкали ножи друг другу в спину, не подрезали друг другу крылья. Вот что я имею в виду.

Анна Яремчук-Бобало: "Я остаюсь в 2022-м, в декабре – когда погиб мой муж"

Анна Яремчук-Бобало – актриса театра и кино, родом из Симферополя. В декабре 2022 года на фронте погиб ее муж, режиссер Олег Бобало, который защищал Украину от российских оккупантов.

В этот праздник я вхожу с немного пессимистичным настроением. Раньше День Независимости был для меня самым светлым чувством. Помню 2014 год, лето после аннексии Крыма. Я была абсолютно уверена, что невозможно, чтобы у нас отняли землю, что это скоро закончится и мы вернемся к тому, как было раньше. Крым – это Украина, Донбасс – это Украина. Мы тогда шли на парад, было много людей. Я нашла маленький трезубец – кулончик. Он у меня до сих пор хранится. Я так гордилась своей страной. Думала: какие же мы сильные, никому не дадим диктовать, куда нам идти и какой выбор делать. Но все это вылилось в ужасную полномасштабную войну...

Как меня изменила война? Меня изменила смерть другого человека – гибель моего мужа. Вместе с ним ушла часть меня. Знаете, люди, когда смотрят на вдов, на матерей, на детей, которые потеряли самых близких, не видят того, что происходит внутри. Я уже это говорила: когда ты видишь человека, который потерял руку или ногу, ты искренне сочувствуешь. А у нас отрублена половина души внутри – и этого не видно. Мы ходим как нормальные люди, но полуживые. Я не знаю, как это объяснить... Я живу с большой дырой в сердце. И это очень тяжело.

Что меня задевает в мирной жизни? Многие до сих пор не научились быть толерантными, эмпатичными. Если это праздник – сделайте хотя бы чуть-чуть тише музыку. Конечно, нужно радоваться жизни, я не говорю, что не нужно. Но не обязательно всё это громко выставлять напоказ. Надо все-таки помнить о людях, которые потеряли близких. Нельзя, например, в маршрутке говорить человеку, который показывает удостоверение члена семьи погибшего: "Таких, как вы, у нас много". А мне такое говорили. Нельзя в соцзащите говорить: "Таких, как вы, много". Мне и это говорили. Общество ко многому привыкло, очерствело. И это можно понять – прошло уже более четырех лет. А я все равно остаюсь в 2022-м, в декабре – когда погиб Олежка. Даже путаюсь в датах. Сегодня у меня в Facebook всплыло воспоминание о том, как братьям Шерегиям дали премию за лучшую женскую роль среди театров Закарпатья. А я пишу, что это было год назад. Даже не могу понять, что уже прошло два года. И я очень хочу, чтобы люди, которые продолжают жить своей жизнью, не требовали от нас, чтобы мы тоже просто жили дальше. Вот это пожелание – "отпусти свою боль" – меня очень задевает.

Я смогу думать, что мой Олежка погиб не зря, только когда наша страна снова станет единой. Когда Крым и Донбасс вернутся домой, а все наши территории будут освобождены. Сейчас я нахожусь во французском городе Оранж, недалеко от Марселя. Дочь устроила небольшой праздник – отвезла меня с мамой во Францию. Она любит техномузыку, и вчера мы были на таком концерте. Еще и с симфоническим оркестром. Смотрю, как здесь живут люди: спокойно, тихо, без этой боли. И меня это очень угнетает... Потом я поеду с мамой в Италию, на Венецианский кинофестиваль. Там состоится мировая премьера нашего фильма "Камуфляж", который снимали в Германии. Фильм будет бороться за награды. С одной стороны, я очень счастлива, а с другой – снова думаю об Украине. Я мечтаю о времени, когда украинцы смогут спокойно спать по ночам, просыпаться утром и не бояться фейерверков в День Независимости.

Евгений Нищук: "Война очень быстро устраняет все лишнее"

Евгений Нищук – народный артист Украины, актер театра и кино. После начала полномасштабного вторжения был мобилизован в ВСУ. В 2024 году перешел в запас и возглавил Национальный театр Франко.

Сегодня каждый должен делать свою работу на своем участке. Я сам прошел свой путь в этой войне: пошел добровольцем в Киеве, затем мобилизовался на юге и два года воевал в группе аэроразведки Сил специальных операций ВСУ. В 2024 году перешел в запас. После службы моя сфера деятельности – театр. Но это не значит, что борьба для меня закончилась. Наоборот, мы продолжаем работать для фронта, помогать Силам обороны. Для меня это важно. Как меня изменила война? Она очень быстро убирает все лишнее. Начинаешь по-другому смотреть на время, на людей, на то, что действительно имеет значение. Прежде всего, во мне стало гораздо больше гордости за наших людей. За то, как они могут бороться за свою землю, за родных, за дома, за право быть свободными. Этим сегодня восхищается весь мир. Мы выстояли. Но теперь перед нами стоит другой вопрос – как дойти до победы. И эти мысли для меня всегда сопряжены с болью. Потому что за нашу свободу очень многие люди заплатили самым дорогим – жизнью.

Переход с фронта к гражданской жизни ощутим. И, думаю, я здесь не один. Некоторое время меня действительно раздражала беспечность людей. Ты возвращаешься и думаешь: "Неужели забыли, что рядом идет большая война? Неужели можно жить так, будто ничего не происходит?" Но в то же время я понимаю: жизнь должна продолжаться. Люди должны встречаться, смеяться, влюбляться, воспитывать детей. Нельзя требовать от всех постоянно жить в состоянии войны. Важно другое – чтобы, живя своей жизнью, мы не забывали о главном: благодаря кому мы можем спокойно пойти в кафе или театр, встретиться с друзьями.

И чтобы каждый понимал свою сферу ответственности. Для кого-то это пожертвование, для кого-то – волонтерство или помощь военным, а для кого-то – честно выполнять свою работу, платить налоги и развивать страну. Все ли у нас сейчас в порядке? Есть вещи, которые вызывают и удивление, и злость. Особенно когда видишь, что разрушает единство, эту связь между тылом и фронтом. Ведь человеку, который возвращается с передовой, очень важно чувствовать: там, в тылу, тоже понимают, за что мы боремся. Мне кажется, сегодня наша главная задача – не утратить это единство. Ведь это действительно одна из наших самых больших сил. Мы можем быть разными, спорить, но в самом главном должны оставаться вместе.

Очень хочу, чтобы мы наконец довели до победы то дело, за которое боролись наши деды и прадеды. Хочу дожить до того момента, когда мы сможем пройтись по свободным улицам городов и поселков, которые сегодня оккупированы. Пройтись по Крыму. Хочу видеть Украину страной, в которой действительно хочется жить. Не просто без войны, а сильным и справедливым государством. Мне очень хочется, чтобы после победы мы не просто восстановили разрушенное, а построили что-то лучшее. Чтобы эта страшная цена, которую мы платим, не оказалась напрасной.

Владимир Ращук: "Для меня 24 августа – это не о флагах и концертах"

Владимир Ращук – театральный и киноактер, музыкант, спортсмен. С началом полномасштабного вторжения встал на защиту Украины, принимал активное участие в операциях в зоне боевых действий. Офицер управления батальона "Свобода" Национальной гвардии Украины.

24 августа наступает без праздничного настроения, но и без отчаяния. 35 лет независимости – это уже тот возраст, когда страна должна была бы жить спокойно, а мы до сих пор доказываем, что имеем на это право. Думаю о тех, кто до этой даты не дожил. У меня таких людей много, и с каждым годом этот список становится длиннее. Для меня 24 августа – не о флагах и концертах. Это о том, что мы еще здесь. Государство работает, люди работают, театры играют, дети идут в школу. Звучит просто, но за этим стоит высокая цена. Поэтому в этот день я думаю: нужно довести дело до конца. Чтобы после нас осталась страна, а не только память о том, как мы держались.

До 2022 года я был актером, который изображал войну на сцене. Думал, что примерно понимаю, как это. Не понимал ничего. Больше всего изменилось мое отношение ко времени. Раньше мог полгода откладывать важный разговор, а сейчас ничего не откладываю. Исчезла и привычка обижаться на мелочи – просто не хватает на это ресурсов. Еще одно: я перестал бояться выглядеть смешным. Когда ты отвечаешь за большое количество личного состава, вопрос "А что обо мне подумают?" как-то сам собой отпадает. Но другим человеком я не стал. Я все-таки тот самый парень из Мариуполя, который любит сцену и не любит пафоса. Просто теперь знаю о себе гораздо больше, чем хотел бы знать.

Что вызывает раздражение в мирном обществе? Больше всего не какие-то громкие вещи, а мелочи. Когда человек искренне не понимает, почему не может "просто отдохнуть". Когда начинают обсуждать, кто больше устал от войны. Но я научился не заводиться. Люди живут своей жизнью – и это нормально. Мы как раз за это и воюем. Было бы странно вернуться и требовать, чтобы все ходили в трауре. Все ли у нас сейчас в порядке? Нет, не все. Больше всего болит отношение к тем, кто вернулся не целым: реабилитация, протезы, работа, банальная доступность. Здесь еще очень много работы. И еще одно: общество привыкло к потерям. Когда новость о погибших становится просто фоном, мы теряем что-то важное внутри.

Украина через пять лет... Хочу, чтобы к тому моменту главной темой в новостях была не война. Не буду фантазировать о космических технологиях. Мне хватит простых вещей. Чтобы человек с инвалидностью мог доехать до театра и зайти в него без посторонней помощи. Чтобы ветеран не доказывать по инстанциям, что он ветеран. Чтобы ребята из моего подразделения имели работу, а не диагноз вместо неё. Чтобы Мариуполь был нашим и туда можно было поехать на поезде. И чтобы культура перестала быть тем, на чем экономят. Ведь мы сейчас воюем как раз за право быть отдельным народом со своим языком, театром и песнями. Было бы странно победить и потом это забросить.

Константин и Влада Либеровы: "До войны мы о прекрасном знали все, а о важном не думали"

Константин и Влада Либеровы – фотографы-документалисты. Работают на передовой, фиксируют жизнь военных и гражданских лиц, а также последствия российской агрессии. Их работы публикуются ведущими мировыми СМИ.

24 августа мы работаем, как и в любой другой день. За 35 лет наша страна при различных обстоятельствах отмечала этот праздник. Но с начала полномасштабной войны нам интереснее другое – как этот день проживают те, у кого нет выходного: военные, медики, энергетики, железнодорожники, спасатели. Для них 24 августа – просто рабочая смена. И, пожалуй, именно в этой смене независимости больше, чем в любых празднованиях.

Как война изменила нас? Лучше всего это видно на одном примере. До 2022 года мы снимали свадьбы за деньги. Теперь время от времени бесплатно снимаем свадьбы военных. Та же самая съемка, те же самые кадры, но совсем иной смысл. До вторжения мы были техническими фотографами: умели поставить свет, выстроить кадр, выровнять горизонт. Костя вел курс, мы снимали коммерцию и арт. О красивом знали все, а о важном не думали вообще. Первые выезды показали, насколько мы были неподготовлены. Непонимали механику войны, не различали звуки, любой громкий взрыв казался последним. Это пришло со временем. И еще одно: мы не называем это участием в обороне. Защищают те, кто берет в руки оружие. У нас камеры, и наша задача – сделать так, чтобы то, что они делают, не исчезло.

Что триггерит в мирном обществе, когда мы возвращаемся? Самое странное происходит за столом. Ты приехал из командировки, тебя просят показать фотографии, ты открываешь телефон – и через три секунды понимаешь, что показывать нечего. Человек смотрит на кадр и видит картинку. А ты смотришь – и слышишь звук. Еще вызывает эмоции, когда войну начинают описывать как тему, которая надоела. Тема может надоесть, смена на стабпункте – нет. И есть то, от чего действительно больно, – семьи пленных и пропавших без вести. Мы снимали этих людей, у них жизнь годами стоит на паузе. А в обществе для них до сих пор нет ни четкого статуса, ни даже языка, на котором о них говорить. Мы не знаем, как их правильно называть. И это многое говорит о нас.

Какой должна быть Украина к сорокалетию независимости? У нас есть конкретный кадр, который мы хотим снять. Люди возвращаются на освобожденные территории. Не колонна техники, не флаг на здании, а женщина, открывающая свою калитку. Еслив 2031 году у нас будет эта фотография (надеемся, как можно скорее, начиная с сегодняшнего дня), значит, все получилось. Второй кадр сложнее. Мы хотим, чтобы наш архив переехал из новостей в музей. Пока твои снимки иллюстрируют вчерашние события, война продолжается. Когда они становятся историей, это и есть та самая страна. И это очень приземленно. Чтобы наш 8-месячный сын, который слышит ежедневные взрывы и пока не понимает, что это такое, осознанно узнал о войне из учебника, а не из окна.

Роман Недзельский: "Сегодня только в воспоминаниях могу вспомнить себя таким, каким я был до 24 февраля 2022 года"

Роман Недзельский – музыкальный продюсер и бывший генеральный директор Дворца "Украина". Подписал контракт с ВСУ в середине января 2022 года. В настоящее время – офицер по логистике 135-го батальона ТрО ВСУ, 114-й отдельной бригады ТрО ВСУ.

Каждый такой праздник в условиях войны – это подведение итогов и память о тех, кого уже нет с нами. Мы ежедневно теряем лучших людей. Поэтому это и праздник, и итог, и память, и осознание того, где мы находимся, кто мы такие и ради чего живем. И понимание того, как нам жить дальше.

Как война изменила меня? Мне кажется, на 180 градусов изменилась вся страна. Возможно, я стал более жестким по отношению к некоторым вещам. Когда теряешь побратимов, когда приходится эвакуировать раненых, это меняет тебя. Не обязательно внешне – но внутри точно. Сегодня я только в воспоминаниях могу вспомнить себя таким, каким был до 24 февраля 2022 года. В то же время мы все стали более невосприимчивыми, адаптировались к таким вещам, к которым нормальный человек вообще не может привыкнуть. Как я воспринимаю мирную жизнь? Многие вещи раздражают. Все чаще вижу людей, которые вроде бы демонстрируют патриотические атрибуты, громко кричат: "Слава Украине!", но не дай Бог, враг снова пойдет на Киев – первыми сбегут. И таких людей так много, что мы уже просто теряемся среди них. Утешительного здесь мало. То же самое с этими ночными поездками во время комендантского часа – на дорогих машинах, мотоциклах, будто ничего не происходит. Возможно, как человек, у которого уже чуть нарушена психика – три с половиной года провел на востоке – у меня реакция однозначная. Хотя я понимаю, что закон на их стороне. Это же сыновья уклонистов из высоких кабинетов, которым все "порешали".

О какой стране я мечтаю? Больше всего хочу, чтобы мои дети и внуки не воевали. Чтобы они никогда не испытали на себе того, что сегодня испытываем мы. Это самое главное, чего я хочу.

Александр Зарубей: "Войну мы выиграли за три дня – просто до сих пор не можем ее закончить"

Александр Зарубей – театральный и киноактер, сценарист и военнослужащий ВСУ, выбравший службу в разведке. Родом из Луганской области, родился и вырос в Алчевске, который сейчас оккупирован.

Я, как и все, устал, но в праздник вхожу с верой, что мы наконец-то скоро все это закончим. Как я говорю, войну мы выиграли за три дня – просто до сих пор не можем ее закончить. Поэтому нам нужно просто довести это дело до конца. Моя уверенность основана на многих факторах: на том, что происходит в мировой геополитике, в Украине и непосредственно на фронте. То, что сейчас страшно и тяжело, – это понятно. Мы все в своё время думали, что не будем воевать так долго, что это не будет война на годы, как Вторая мировая. И теперь нам остается выстоять и довести её до конца.

Мне кажется, за эти годы я почти не изменился – каким был, таким и остался. Немного измотанный, но все такой же шутливый, добрый, эмоциональный. Многие планы пришлось поставить на паузу. А я человек гиперактивный и паузы не люблю – они для меня болезненны. Особенно когда кино – это твоя жизнь, а ты не можешь им заниматься, не можешь творить. Оправдала ли армия мои ожидания? Здесь есть разочарование. Я уходил с мыслью, что это будет четкая, слаженная система. Но у нас фактически так и не было полноценной реформы вооруженных сил. Во многом военный аппарат до сих пор живет по советской логике – иерархической, негибкой. Да, изменения происходят, внедряются современные подходы, есть бригады, которые могут значительно лучше обеспечить своих военных. Но есть и части, где тебе могут выдать резиновый противогаз с маркировкой 1964 года. Нуэто же ненормально. Особенно когда мы говорим о современной войне.

Когда возвращаешься к мирной жизни, очень раздражает разобщенность общества. У нас есть огромное общее дело – сначала нужно победить внешнего врага, а уже потом разбираться между собой. А политические споры не прекращаются. Я никого не удаляю из соцсетей, поэтому вижу людей с совершенно разными взглядами – они постоянно спорят. И смотришь на это и думаешь: вы же взрослые, умные люди. У вас есть доступ к информации, все можно проверить, разобраться во всем. Но вместо этого люди продолжают навязывать свою точку зрения – и этим, на мой взгляд, вредят фронту. Сейчас главное – внешний враг.

Хотелось бы, чтобы люди наконец начали лучше понимать друг друга и, главное, внимательно слушать. Ведь каждое слово – это тоже оружие. Мы не слышали соседа, не верили, что он действительно способен на то, о чем годами прямо говорил. Он фактически предупреждал, что может напасть. Но мы были слишком открыты по отношению к нему: принимали его на своей территории, пускали к себе. Война – это страшно. Но, пожалуй, впервые за многие десятилетия мы оказались в ситуации, которую по-настоящему можем понять друг в друге. Ведь сейчас миллионы украинцев испытывают много общего. Когда научимся доверять друг другу, тогда, думаю, и станем по-настоящему счастливыми.

Александр Швачка: "Обидно, когда видишь ребят на костылях, которым даже не предлагают пройти без очереди в магазине"

Александр Швачка – телеведущий ICTV2, ветеран российско-украинской войны, стронгмен и рекордсмен. В 2015 году добровольно вступил в ряды 79-й десантно-штурмовой бригады, а 24 февраля 2022 года вернулся на службу – на этот раз в 95-ю отдельную десантно-штурмовую бригаду. Во время обороны Киевской области был тяжело ранен и лишился конечности.

Наша борьба за независимость еще продолжается – это во-первых. Но для меня эта борьба не только за то, чтобы Украина выстояла. Это еще и борьба за то, каким будет это государство. Поэтому второе: как у людей может возникнуть мысль, что средства, которые выделяют наши партнеры, деньги, которые платят налогоплательщики, можно класть себе в карман? То, что сейчас выясняется, не укладывается в голове. Поэтому борьба с коррупцией – это тоже часть нашей борьбы за независимость. Вот с такими мыслями я вступаю в 24 августа 2026 года.

Конечно, война меняет тебя. Люди там узнают себя такими, какими они являются на самом деле. В то же время меняются ценности, начинаешь по-другому смотреть на жизнь. По-настоящему ценить каждую минуту, каждую мелочь. И, наверное, поэтому после возвращения особенно остро замечаешь изменения вокруг себя. Триггеров в нашей жизни много. Об одном из самых болезненных я вам уже рассказал. Кроме того, общество сильно изменилось по сравнению с началом полномасштабного вторжения. В 2022–2023 годах было нормой, когда, например, человек, увидев военного, прикладывал руку к сердцу – в знак уважения и благодарности. Сейчас таких вещей не увидишь. Конечно, каждый военный, который пошел защищать страну, делал это не ради благодарности. Он выполнял свой долг. Но обидно, когда видишь ребят на костылях или на протезах, которым даже не предлагают пройти без очереди в магазине.

На мой взгляд, для того, чтобы у нас вообще что-то изменилось в стране, нужно провести полную реформу судебной системы, правоохранительной системы. Сделать так, чтобы каждая ветвь власти была независимой. Ведь сегодня мы видим, что в большинстве своем структуры находятся под тотальным контролем. Это первое, что нужно сделать после того, как мы изгоним м*скалей. Ну и второе – это, знаете, каждый должен начать с себя. Каждый украинец должен пересмотреть свое мировоззрение, чтобы действительно изменить эту страну, чтобы наши дети и внуки гордились тем, что они живут в Украине. И чтобы все эти жертвы, которые сейчас приносятся, не были напрасными. А вообще, если мы смотрим на пять лет вперед, то у нас должна быть очень сильная передовая армия с мощным оборонно-промышленным комплексом – в том числе и частным. Технологии должны развиваться очень стремительно. Мы должны быть страной, способной самостоятельно себя защитить. Слава Украине! Мы победим, вечная память павшим защитникам и защитницам.

Константин Костышин: "Ненавижу слово "устали", но мы действительно привыкаем к войне"

Константин Костышин – актер театра и кино. Осенью 2023 года был мобилизован в ряды ВСУ, служил в 154-й отдельной механизированной бригаде. В 2025 году уволился с военной службы по возрасту.

Я думаю, что независимость в 1991 году мы получили в аванс. А за настоящую независимость боремся только сейчас. Тогда, мне кажется, все было немного не по-настоящему. Общество поверило, что независимость уже есть и все позади. Но так не бывает. Ее нужно завоевать – вот что мы сейчас и делаем. Я очень надеюсь, что в конце концов в этой истории поставим точку.

Не могу сказать, что война как-то изменила меня. У меня были свои жизненные принципы, и они остались. Но война очень изменила то, что меня окружает, – людей и среду. Она стала своеобразной лакмусовой бумажкой. Ты как будто знаешь человека, имеешь определенные ожидания от него, а во время войны вдруг видишь совершенно иную реакцию и поведение. У меня таких случаев было немало. Но в то же время я вижу и много хорошего. Есть люди, которые полностью посвящают себя помощи другим: занимаются волонтерством, жертвуют своим временем, деньгами, здоровьем. Особенно меня поражало, как в начале войны люди помогали животным.

Сейчас с этим сложнее. Люди устали, привыкли к войне, и той готовности помогать, которая была в первые месяцы, уже нет. Недавно увидел в Facebook пост женщины, которая просила помочь приюту со старыми и больными животными. Посмотрел видео – там собака с перебитой лапой лежит рядом с женщиной, виляет хвостом, а лапа просто висит. Я поделился этим постом у себя. И знаете, сколько было реакций? Один лайк. Меня это задело. Я ненавижу слово "устали", но мы действительно постепенно привыкаем к войне. Это неправильно, но факт. В начале люди помогали гораздо больше. У меня сейчас, как и у всех, ситуация непростая: одна проблема, вторая, третья – и все эти "дыры" нужно как-то закрывать. С одной стороны, все понимаешь, а с другой – возникают внутренние конфликты, потому что хочется помочь всем, а возможности не безграничны.

После того как я вернулся с войны, первые недели меня выводило из себя, когда я видел в городе много молодых, здоровых мужчин. А там, на фронте, очень нужна ротация. Немало людей, которые были со мной, служат еще с 2022 года. Они действительно измотаны. В идеале должна работать система: отслужил определенный срок – тебя заменяют. Но, к сожалению, этого не происходит. И ты возвращаешься домой, а в голове крутится: почему так? О какой стране я мечтаю? Во-первых – отсутствие коррупции. Во-вторых – работающая судебная система. Спрос на это в обществе огромен еще с 1991 года. Если мы это сделаем, думаю, страна будет как цветочек.

Геннадий Попенко: "Идеальная страна для меня – это когда наши восточные приграничные города и села станут портами"

Геннадий Попенко – актер, телеведущий. В начале полномасштабного вторжения вместе с семьей пережил оккупацию в Иванкове Киевской области. После освобождения поселка добровольно мобилизовался в ВСУ. Служил в 59-й отдельной механизированной бригаде, впоследствии – в "Культурном десанте".

24 августа я задаю себе очень простой вопрос: возвращаться ли мне на службу или нет. Этот вопрос для меня пока открыт.

Изменила ли меня война? В целом ничего не изменилось: м*скали – враги. Но в то же время я еще яснее понял одну вещь: Украина устоит только в единстве. Объединение ради выживания – пожалуй, самый очевидный, но в то же время самый важный уровень. Мы должны держаться вместе просто потому, что это вопрос нашего существования. Но есть и другой уровень – сплочение вокруг самобытности. Языка, символов, истории, культуры. Ведь независимость – это не только территория. Это еще и понимание того, кто мы, что именно защищаем и почему должны оставаться собой.

Что вызывает негативную реакцию в мирном обществе? Случаи с ТЦК – это боль. Потому что ТЦК – это военнослужащие. Такие же военные, как и все остальные. И когда мы проявляем неуважение к одним военнослужащим, мы фактически проявляем неуважение ко всем Силам обороны Украины. Меня очень беспокоит, когда об этом забывают. Ведь если в нашей армии однажды не останется никого, кто будет воевать, тогда все населенные пункты Украины постепенно узнают о нюансах и особенностях мобилизации уже в ряды м*скальской армии.

Идеальная страна для меня – это когда наши восточные приграничные города и села станут портами. Например, из Волчанска будут отправляться круизные лайнеры по новому океану, а в мой родной Белополье траулеры будут привозить рекордные уловы стерляди. А самое интересное – рыбакам больше всего повезет тогда, когда они будут закидывать сети над территорией бывшей столицы Московии.

Также читайте на OBOZ.UA интервью с актером Романом Луцким – о предложении из России на миллионы, жестких спорах с Алексеем Гнатковским и личной просьбе к Наталье Сумской.

Только проверенная информация у нас в Telegram-канале OBOZ.UA и Viber. Не ведитесь на фейки