Когут: участвуя в проплаченных митингах, общество теряет достоинство

Буквально через неделю в сессионном здании под стеклянным куполом, а также под стенами украинского парламента состоится второй раунд «языковой» борьбы. Сдавшие позиции оппозиционеры, пассивность которых и позволила представителям правящего большинства ВР утвердить в первом чтении скандальный законопроект Колесниченко – Кивалова, обещают биться до последнего. В прямом и переносном смысле этого слова. Ключевая цель оппонентов власти – заблокировать принятие «языкового» законопроекта во втором чтении и, естественно, в целом.

Очевидно, что нешуточная борьба в день рассмотрения в Раде законодательного детища двух регионалов развернется и под стенами единственного законодательного органа страны. И в этом дерби, как и раньше, будут участвовать не только политики из противоборствующих лагерей, но и рядовые граждане страны.

Кто-то приходит выказать свою позицию по велению души, однако большинство граждан стоят с транспарантами да партийными флагами, скажем так, не за спасибо. Как избавиться от вируса платных акций, которые являются не выражением общественной воли, а фикцией? Ответ на этот вопрос «Обозреватель» попытался найти вместе с Игорем Когутом, главой совета Лаборатории законодательных инициатив.

- Чем, на ваш взгляд, объясняется своего рода украинский феномен, когда люди выходят на акции протеста не по собственному порыву, не посредством самоорганизации, а за деньги?

- Люди, выходя на улицы, преимущественно руководствуются частными интересами. Например, когда есть риск утери льгот и т.п. Мы очень хорошо помним, что наиболее жесткими уличными акциями были выступления чернобыльцев, афганцев, когда их пытались лишить льгот. Таковы реалии.

Частично это является ответом на вопрос о гражданской активности. Гражданское общество пока что не может объединять частные интересы с публичным пространством. То есть, если сегодня страдает одна категория, а завтра, вероятно, пострадает другая, значит необходимо объединяться, координировать свои действия и сообща отстаивать права. В данном случае такого понимания нет, поскольку каждый готов бороться только за себя. Поэтому гражданская активность обусловлена приватными, часто материальными, меркантильными интересами. Вместе с тем, надо отметить, что сегодня (возможно, в связи с выборами) происходит все больше общественных акций, не имеющих признаков приватной корысти.

- Адреевский спуск, вырубка деревьев, незаконная застройка, защита животных и так далее, верно?

- Да, вы правы.

- Это есть, и, несомненно, не может не радовать. Однако хотелось бы более детально остановиться на проплаченных акциях. Почему политики в этом заинтересованы – понятно. А вот общество… С одной стороны, да, бедный народ. С другой стороны, мы ведь декларируем желание стать полноправными членами европейского сообщества, в котором подобного рода «штучки» со стороны граждан – это нечто из ряда вон выходящее.

- Прежде всего, необходимо отметить, что это не является «ноу-хау» действующей власти. К аналогичным методам прибегали и предшественники нынешней власти. Возможно, на постсоветском пространстве такая практика также используется. В Европе – нет. Мы можем говорить, что с одной стороны таксисты Греции вышли на улицы защищать частные интересы. Однако с другой стороны, они демонстрируют возмущение всего общества. И это факт.

Когда речь идет о политических митингах в Украине, необходимо говорить в первую очередь о доверии, как явлении, которое в отношениях между обществом и властью, между обществом и политиками, между различными общественными группами, в нашей стране отсутствует. Другого же стимула объединяться, выступать с какими-то лозунгами, за что-то болеть, в чем-то убеждать, нет. Исключительную роль тут играет финансовый фактор. Проще говоря, люди могут выйти на улицу с тем, чтобы отстаивать те или иные политические лозунги, только за деньги.

Отсутствие доверия – это одна проблема. Другая состоит в том, что политические партии собственными силами могут вывести на улицы лишь небольшое количество своих сторонников. Это признак того, что партии сегодня построены по принципу олигархического подхода, когда есть класс политических менеджеров, использующих любыми способами партийный бренд. При этом реальной общественной поддержки у них нет. То есть, они не выполняют основную функцию политических партий - представительства социальных интересов тех или иных слоев общества.

- Осознает ли общество свою ответственность за все происходящее в стране, участвуя в проплаченных, следовательно – фиктивных по сути своей, митингах?

- Никто не осознает свою ответственность, потому что сегодня доминирует такой подход, когда общество ожидает от политиков не столько действий, сколько подачек. Это очень меркантильный подход к политикам как таковым. И это не является проблемой общества. Политики очень длительное время продуцировали именно такой подход: прийти, пообещать и раздать.

Политики пытаются культивировать отношение к себе, как к единому источнику справедливости, правды, помощи и опеки. При таких подходах, общество поддерживает политика только тогда, когда он рассчитывается кэшем.

- Как изменить ситуацию? Достаточно ли будет таблеток или без хирургического вмешательства никак?

- Безусловно, без хирургии тут не обойтись. Необходима пересадка множества органов. И потом. Много кому необходимо поставить на место мозги. Вот вы ранее говорили о европейской интеграции. К сожалению, общество большей частью не понимает смысл и цель европейской интеграции. Не понимает того, что в основе этой интеграции лежат, в первую очередь, определенные ценности: достоинство, права человека. А что сегодня теряет общество, принимая участие в проплаченных митингах? Достоинство теряет. За 100 гривен человек готов быть, ну, если не пушечным мясом, то попросту использованным. Это – проблема постсоветского общества, где люди сами не отождествляют себя с определенной ценностью человеческого бытия и права.

- После колоссального подъема в 2004-2005 годах, общество впало в длительную спячку. Не берусь утверждать, что сон летаргический, но симптомы похожие. Кто или что может разбудить людей, подтолкнуть их быть активными участниками общегосударственных процессов, а не зевающими в партере зрителями?

- В первую очередь, просветительство. Мы имели дело с ситуацией, когда корону передавали с одной головы на другую и люди сразу же ожидали всевозможных благ и перемен. В таких условиях общество не может жить. Должен быть постоянный контроль и презумпция ответственности. Люди должны понимать, что с власти необходимо ежедневно спрашивать. История Майдана показала, что наши люди поднялись, передали власть, казалось бы, лучшему, не собираясь дальше отстаивать свои права. В таком случае, всегда возвращаешься к еще худшей ситуации, чем была до этого. Это – объективная реальность.

Вместе с тем, надо признать, что существует проблема, которая заключается в том, что людям не на кого опереться. Нет моральных авторитетов, готовых пожертвовать своим авторитетом и войти в политику, исповедуя другие принципы и ценности. Это большой вызов. Да, сегодня такие люди пытаются пробить себе дорогу, однако система настолько испорчена, что для этого необходимы сверх усилия. Нужны огромнейшие ресурсы и не только финансовые. Необходим, прежде всего, ресурс человеческого доверия, который в сегодняшней Украине является очень и очень дефицитным.

- Когда вы заговорили о моральных авторитетах, я вспомнила историю Святослава Вакарчука. Он, получив мандат депутата ВР и, очевидно, понимая, что ничего изменить невозможно, отказался от полномочий парламентария.

- С одной стороны, да, это поступок, но с другой стороны – это сдача позиций. Это поступок, потому что ты понимаешь, что самостоятельно не можешь ничего сделать. Однако в других случаях, такие люди формируют вокруг себя среду и пытаются усилить свои позиции голосами и мыслями других.

Если мы пойдем путем сдачи мандатов, мы в очередной раз будем подтверждать тезис, что политика – грязное дело для людей, которые думают исключительно о личном обогащении. Следовательно, мы, складывая мандаты, создаем для таких людей не контролированное поле для жизнедеятельности.

Допустим, моральные авторитеты решились и ступили на политическую тропу. Допустим, их морально и финансово поддержало общество. Однако выстроенную годами систему координат, которую одинаково щедро «удобряла» власть вчерашняя и нынешняя, так просто не сломать. То есть, как ни крути – моральные авторитеты будут в меньшинстве и их влияние на принятие важных для страны решений будет минимальным.

Я не говорю, что такие люди должны идти в политику и бороться исключительно за места в парламенте или любых других властных институциях. Нужны люди, которые могут влиять на общественное мнение. Каким бы ни был режим, общественное мнение является важным для всех. Наличие пользующейся общественным доверием категории людей, которые могут говорить, что хорошо, а что является злом – это очень и очень важный элемент «лечения».

- А как вы оцениваете теперешнюю позицию людей, которых небезосновательно можно считать моральными авторитетами?

- Прежде всего, надо сказать, что сейчас очень недостает украино-украинского диалога. Речь идет о поиске взаимопонимания в аспекте различных регионов. Нам необходимо любыми способами искать возможности уменьшения роли принципа «Разделяй и властвуй!». Когда общество разделено между собой, на этих сломах очень успешно спекулируют разные политики. И сегодняшнее правительство, и предыдущее, все они, так или иначе, искали в разделении общества личные политические дивиденды. И задача интеллектуалов – формировать внутриукраинский общественный диалог. Однако не стоит забывать о том, что сегодня мы имеем общество, пребывающее в довольно-таки депрессивном состоянии. Это связано, прежде всего, с финансовыми аспектами.

В тех условиях, в которых мы живем, все ожидают действий кого-то. Однако лично я считаю, что нам необходимо еще очень много говорить. Необходимо разговаривать, дискутировать, общаться, слышать друг друга. Не в плане убеждений, а с тем, чтобы понять, кто есть кто. Я говорю это в контексте украинского диалога.

В обществе, с таким уровнем недоверия друг к другу, сложно говорить о роли экзальтированных авторитетов. Есть очень многое, что отталкивает нас друг от друга. Это все происходит из-за отсутствия знаний, а также острого дефицита межчеловеческих контактов. Украинцы очень мало путешествуют по своей стране, они очень мало знают другие города и других людей. Это сложно инфраструктурно – нет достаточного количества мостов, поездов, самолетов. Все сконцентрировано только на Киеве.

Как прийти к взаимному доверию? Только через общий разговор, только через взгляд глаза в глаза, только с помощью наставлений умных людей, адресованных для огромного количества граждан.