"У нас был один фронт, а сейчас имеем еще и второй". Артисты-военные и их родственники – о том, как война изменила их жизнь
24 февраля 2022 года навсегда изменила жизнь украинцев – и с тех пор для многих она поделилась на "до" и "после". OBOZ.UA поговорил с артистами, ушедшими защищать страну, и с телеведущей Маричкой Падалко, чей муж и сын тоже находятся на войне.
Они рассказали, как полномасштабное вторжение изменило их ценности и взгляды на жизнь. А также поделились, каким для них будет 24 февраля 2026 года, что осталось важным после нескольких лет войны и как опыт фронта влияет на их жизнь.
Роман Недзельский: "У нас главные герои – Пес Патрон, Притула и Стерненко. А тех героев, которые отдали самое дорогое за Украину, не знают".
Роман Недзельский – музыкальный продюсер и бывший гендиректор Дворца "Украина". Подписал контракт с ВСУ в середине января 2022 года. Сейчас – офицер логистики 135-го батальона ТрО ВСУ, 114-й отдельной бригады ТрО ВСУ. Более 30 лет находился в браке с народной артисткой Украины Оксаной Билозир.
"Война кардинально меня не изменила. Как был менеджером, так им и остался – просто изменился фронт работы, – говорит Роман Недзельский. – Раньше организовывал концерты, фестивали, шоу-программы, а теперь отвечаю за логистику, автомобильную службу, обеспечение нашего боевого 135-го батальона. Изменился круг общения, появились новые люди – настоящие. Побратимы, с которыми стоим плечо к плечу, прикрываем друг другу спины и безгранично доверяем.
Возможно, я стал жестче к определенным вещам. Когда теряешь побратимов, когда приходится эвакуировать раненых, – это меняет. Не обязательно внешне, но внутри точно. Мир сейчас, по сути, поделился на две категории: тех, кто защищает, и тех, кого нужно защищать. Я – в первой. Три с половиной года провел на востоке. Впоследствии наш батальон объединили с другими подразделениями, и меня перевели в Киев. Сейчас продолжаю службу как офицер Вооруженных сил Украины, хотя уже не на передовой. Но опыт войны никуда не исчезает. Он остается с тобой – и в памяти, и в теле. Это протрузия позвоночника, нарушена нервная система, контузии, постоянный шум в голове. Война никого не оздоравливает. И точно никто не возвращается с нее с прибылью – только с потерями. Несмотря на это, я и дальше занимаюсь военным делом. Активно работаю, помогаю ребятам, которые сейчас держат горячие участки фронта".
"Как воспринимаю мирную жизнь? На самом деле в первые дни и недели войны нам было проще, – вспоминает продюсер. – Не было начальства, лишней бюрократии – все растерялись или разъехались. Мы сами строили блокпосты: искали бетонные блоки, металл, сваривали конструкции. Я ездил по строительным гипермаркетам, скупал скобы, колючую проволоку, краску, дерево для блиндажей. Все было максимально конкретно и понятно.
У нас был один фронт. Сейчас, к сожалению, имеем еще и второй – внутренний. Это люди, которые "не рождены для войны". В лучшем случае они надевают вышиванки, кладут руку на сердце, поют нам гимн. Говорят: "Ребята, воюйте до конца". И у меня есть ощущение, что они готовы воевать до последнего воина – только не сами. Я не скажу, что это меня триггерит – смотрю на это прагматично. Но это очень диссонирует с тем, что происходит на востоке. Потому что каждый день мирной жизни в Киеве, да и не только в столице, – имеет свою цену. И эта цена измеряется жизнями наших лучших людей, цвета нации. Больше половины из тех, кого я знал, уже в земле. А новых не появляется. Мы видели, сколько настоящих героев проявилось за эти годы. Но, к сожалению, их имена знают единицы. У нас главные герои – Пес Патрон, Притула и Стерненко. Эти имена знают все. А тех героев, которые отдали самое дорогое за Украину, – нет. И это, пожалуй, самое болезненное.
Сколько еще у нас будет этих 24 февраля? Насколько нас хватит? Сейчас мне часто вспоминается песня Сашка Положинского "Я не хочу бути героєм України – Не цінує героїв моя країна!". Наших героев действительно не всегда умеют уважать. Не дай Бог получить тяжелое ранение или потерять здоровье – и ты часто остаешься один на один с проблемами. Рядом, как правило, только побратимы. Скажу откровенно: из тех зарплат, которые общество считает большими, мы значительную часть отдаем на поддержку своих – на обеспечение подразделений, на помощь раненым, на поддержку семей погибших. Получается парадокс: военные воюют и одновременно инвестируют в эту войну собственными деньгами. Одна рука получает от государства – другая сразу отдает.
Что нужно, чтобы ситуация изменилась? Пожалуй, прежде всего – внутренняя зрелость общества. За более чем три десятилетия независимости мы так и не сформировали целостной национальной идеи. Слишком долго и системно работали силы, которые эту идею подменяли или дискредитировали. И сегодня мы видим, как некоторые, прикрываясь громкими патриотическими лозунгами, пытаются выстроить себе политическое будущее. Поэтому и возникают такие настроения. Честно скажу: я не вижу второй или третьей шеренги, которая станет нам на замену. Если завтра снова будет наступление на Киев, боюсь, что многие снова уедут, и останутся единицы – те, кто готов жертвовать собой. Возможно, это жестко звучит. Но не хочу "мазать медом по ушам". Говорю так, как чувствую".
Владимир Ращук: "До полномасштабного вторжения я вообще не понимал, что такое военное ремесло"
Владимир Ращук – актер театра и кино, музыкант, спортсмен. С началом полномасштабного вторжения стал на защиту Украины, принимал активное участие в операциях в зоне боевых действий. Офицер управления батальона "Свобода" Национальной гвардии Украины.
"До полномасштабного вторжения я не имел никакого военного опыта и вообще не понимал, что такое военное ремесло, – говорит Владимир Ращук. – А уже на войне я прошел путь от солдата до капитана. Изменилось мое отношение ко всему: к жителям соседнего государства – полностью, и к себе тоже. Для меня сверхважно, что война стала временем идентификации: кто я, что для меня Украина, что такое дружба побратимов. Некоторые ценности изменились навсегда. Можно сказать, это этап взросления – и он происходил именно во время войны. Она ускорила этот процесс. Что касается 24 февраля 2026 года – утро встречаю без дрожи. Раньше первые годы это был день воспоминаний и ностальгии, а сейчас для меня это обычный рабочий день. Вспоминаю пацанов, которых потерял, жизнь, которую уже не вернешь... Ностальгировать будем после победы. Сейчас на это нет времени".
"Самое страшное – это то, что в XXI веке люди знают, что такое война, –добавляет актер. – Когда над проектом "государство" работали поколения людей, вкладывали в него, а кто-то приходит и просто забирает жизнь. Вы представьте, во времена Второй мировой войны этот конченый русский маршал Жуков поощрял подчиненных не жалеть солдат, мол, бабы еще родят. Как такое в голову может влезть? А может, для какой-то мамы это единственный ребенок? Может, она его годами ждала, не могла родить? И ты просто так ей это говоришь? И сейчас мы с российской стороны слышим подобные заявления. Это абсолютно цинично, бесчеловечно. Война – это очень страшно. И сам факт того, что мы привыкаем к этому. Мир не должен так жить, потому что он гораздо интереснее и разнообразнее".
Мирослав Кувалдин: "Я стал менее наивным, но убежден: мечты сбываются, хотя совсем не так, как представляешь"
Мирослав Кувалдин – лидер группы The ВЙО, телеведущий. После начала полномасштабной войны стал на защиту Украины. Находился в Донецкой области, на южном направлении – в Николаеве, Херсоне, Запорожье, впоследствии присоединился к "Культурному десанту".
"Как это ни странно звучит, для меня война – это место, где сбываются мечты, – говорит Мирослав Кувалдин. – Здесь я встретил лучших людей, которых при других обстоятельствах никогда бы не знал. Как гражданин я мечтал о по-настоящему независимой Украине. Чтобы мы сами решали, как жить, на каком языке говорить и куда двигаться. И вот сейчас очевидно – никто уже не может навязать нам свою волю. Мы стали сильными, взрослыми и сознательными. Как музыкант мечтал иметь стабильные концерты и выступать хотя бы дважды в неделю. Теперь у меня тридцать в месяц. Только это не клубы и фестивали – это блиндажи, ангары, подвалы и посадки. Я собрал вместе с побратимами ансамбль, и мы играем каждый день вдоль линии боевых столкновений. Недавно вышел наш дебютный альбом Инструментально-Блиндажного Ансамбля Шансона (ИБАШ), который родился не в студии звукозаписи, а в армии. Он доступен на стриминговых платформах. Это песни – без глянца, фильтров и лишнего пафоса, зато с юмором, болью и очень живыми интонациями. И каждая встреча со слушателями – не о шоу. Это о поддержке, о силе держаться и побеждать вместе".
"Как автор я мечтал писать музыку, которая влияет на этот мир, – продолжает музыкант. – И вот теперь вижу, как она реально что-то меняет – иногда настроение побратимов, иногда восприятие потерь, чью-то веру в себя. В утро очередного 24 февраля я думаю не о дате, а о людях. О тех, чьи номера навсегда остались в моем списке контактов, но с которых уже никогда не прозвучит звонок. О тех, кто сейчас продолжает сражаться на фронте и держать тыл. И о своей собственной ответственности – быть частью этого подвига и свидетелем этого времени. Не приукрашивать, не драматизировать, а говорить правду. Я, пожалуй, стал менее наивным, но убежден: мечты сбываются, хотя совсем не так, как представляешь, и часто за высокую цену. Поэтому если мечтать – то ясно, четко и о чем-то по-настоящему величественном: о Победе и о жизни после нее".
Константин Костышин: "Некоторые самые близкие люди исчезли из моей жизни"
Популярный украинский актер Константин Костышин состоял в рядах ВСУ – с осени 2023 года. Осенью 2025-го демобилизовался по возрасту – артисту исполнилось 60 лет.
"Я не могу сказать, что война меня радикально изменила, – говорит актер. – Мои жизненные принципы остались теми же самыми – возможно, они даже лишь закрепились. Я всегда говорю, что нужно быть честным перед самим собой. Стараюсь следовать этому правилу хотя бы для себя, потому что война, так или иначе, всегда бросает вызов. И, к сожалению, не всегда общество и государство справляются с этими вызовами. Что же изменилось? Ментальность. Война принесла настоящие боли. Некоторые самые близкие люди исчезли из моей жизни – кто-то погиб, кто-то умер (и этому поспособствовала война), кто-то уехал за границу и, возможно, больше не вернется. В этом смысле она изменила мое восприятие мира. Лишила покоя и определенных жизненных вещей. Но жаловаться – грех, потому что другие потеряли гораздо больше".
"Когда мне исполнилось 60 лет, меня демобилизовали. Сейчас я работаю в Молодом театре. Что для меня день 24 февраля? Возможно, воспоминаний и вместе с ними – надежд на лучшее. Знаете, я постоянно слушаю новости и понимаю, что ситуация далека от завершения. Раньше у меня была надежда, что осенью 2025 года война как раз должна была бы закончиться, вместе с моим освобождением. Но сейчас уверен: переговоры сами по себе не принесут мира. Этот конфликт закончится только тогда, когда рухнет система в России. Договориться? Не верю. Они рано или поздно снова попытаются прийти. Этот конфликт длится уже веками".
Даниил Мирешкин: "Многие живут в ожидании, что вот-вот "пушки замолчат"
Актер Даниил Мирешкин в конце 2022 года ушел добровольцем на фронт. Сейчас он – офицер 12-й бригады специального назначения "АЗОВ" с позывным "Культура".
"Война истощает. Она забирает силы, порой – спокойствие и веру в скорое окончание. Но в то же время навсегда дает прививку от равнодушия. Я чувствую усталость, но одновременно уверен: мы должны вместе сопротивляться захватчику и строить сознательное общество. Многие живут в ожидании, что вот-вот "пушки замолчат" и все вернется к привычной жизни. Я же убежден, что ненависть врага к нам не исчезнет, независимо от хода войны. И победить можно только любовью – любовью к своему: к семье, к родному краю, культуре, языку, традициям. То, что любишь, всегда стоит защищать. Именно это и дает силу стоять и действовать, даже когда трудно".
Маричка Падалко: "С тех пор как сын мобилизовался, стал счастливее"
Журналист и бывший нардеп Егор Соболев присоединился к теробороне еще до начала большой войны – подписал контракт с ВСУ. 24 февраля 2022 года стал на защиту страны. Участвовал в освобождении Киевской области, впоследствии находился на востоке и юге Украины. В октябре прошлого года стало известно, что сын телеведущей Марички Падалко и журналиста Егора Соболева, 18-летний Михаил, заключил контракт с Вооруженными силами Украины. Юноша присоединился к рядам Сил беспилотных систем ВСУ.
"Мои ребята очень немногословны. Вытянуть что-то из сына – вообще задача не из простых, – говорит Маричка Падалко. – Он очень сосредоточен на том, что делает, очень требователен к себе и убежден, что пока недостаточно сделал всего для победы. Именно поэтому не хочет, чтобы мы вспоминали о нем публично. По его убеждению, любое распространение имени в медиа должно соответствовать реальному вкладу. Поэтому мы говорим о нем немного. Он хочет быть Михаилом Соболевым – не нашим сыном. И мы это уважаем. Какие перемены в нем точно вижу – это то, что с тех пор, как он мобилизовался, стал счастливее. Потому что до 18 лет его не покидало ощущение, что он не там, где должен быть. Ему очень болело, что он в стороне. А сейчас чувствую – он на своем месте. Там, куда стремился все годы, с тех пор как началась большая война.
– В интервью нашему изданию вы рассказывали о семейном правиле, которое появилось во время полномасштабного вторжения: ежедневно в определенное время выходить на связь всей семьей.
– Этого правила уже нет – просто потому, что не совпадают наши графики. Теперь поддерживаем связь в переписке: каждый пишет, как он, что у него произошло за день.
"Как изменился Егор? Мне кажется, он – самый стойкий в нашей семье. Иногда даже ловлю себя на мысли, что это не я всех успокаиваю и поддерживаю, а он – нас, и меня в частности. Наш внутренний месседж очень перекликается с мыслью из фильма "200 метров до Авдеевки" Мстислава Чернова. Там между бойцами звучит сильная фраза: "А если это не вся наша жизнь?".
С тех пор как я приняла эту мысль – что война не является всей нашей жизнью, стало значительно легче. Я перестала жить в режиме ожидания. Ничего не ждать – просто жить сегодняшним днем. Единственный срок, который позволяю себе считать, – это двухлетний контракт сына. Это единственное, что можно постичь, позволить себе о чем-то помечтать. Все остальное – вне планирования. Хотя убеждена: нам нужно учиться жить во время войны, уметь видеть хорошее, не отчаиваться. Честно говоря, иногда у меня нет желания на самое элементарное – например, что-то купить для себя. Много месяцев не могу пойти и выбрать сумку – хожу со спортивным рюкзаком, потому что он практичный, в него все вмещается. Понимаю, что это, возможно, не слишком элегантно, но меня это устраивает. Скоро у меня день рождения – и я буквально заставила себя заказать платье на сайте. Я не горжусь этим состоянием – скорее наоборот. Единственное, на что действительно не жалко тратиться, – это спорт и здоровье. Могу пойти сдать анализы, записаться на тренировку".
"Но, знаете, вчера впервые появилось ощущение, что мы таки побеждаем эту тяжелую зиму. И это важно. Бывают дни, когда мне очень непросто психологически. Наверное, еще и потому, что весь мой детский опыт, все, что я знала по истории, готовило меня к мысли: война может длиться четыре года. В моей внутренней парадигме длинная война – это четыре года. И вот этот рубеж для меня – своеобразный рубикон. Предел, после которого начинается нечто такое, к чему нас, кажется, не готовила ни одна история... Как войду в 24 февраля 2026 года? Не знаю. В этот день я всегда возвращаюсь мыслями в 24 февраля 2022 года: как ехала на работу, как я впервые об этом говорила. И теперь каждое 24 февраля ловлю себя на одной и той же мысли: несмотря на то, что нам каждый раз становится труднее, мы одновременно становимся сильнее. Я уже отгрустила по той, прежней жизни. И, что удивительно, почти ее не помню. Первый год, второй – была ностальгия по 23 февраля 2022 года. А теперь могу смотреть фотографии – и не чувствовать того состояния".
Дмитрий Линартович: "Заглянув в лицо смерти, начинаешь понимать, что главное"
Дмитрий Линартович – заслуженный артист Украины. В 2015 году принимал участие в АТО. С первых дней полномасштабного российского вторжения стал в ряды теробороны. Позже подписал контракт, прошел отбор в десантно-штурмовые войска. Воевал на Херсонском направлении, в районе Бахмута в Донецкой области. В январе 2023 года получил тяжелое ранение под Соледаром. На весь мир прогремела его пламенная речь, где артист с перебинтованным лицом, прямо с эвакуационных носилок, обращается к украинцам: "Мы на Богом данной земле! Нас никогда не сломить! Мы побеждаем! Слава Украине!".
"Война сильно меняет ценности, – рассказывает Дмитрий Линартович. – Заглянув в лицо смерти, начинаешь четко понимать, что главное, а что второстепенное. Будничные дела, суета – все это отходит на второй план. А вот что действительно важно: что еще не успел сделать в жизни, что нужно сделать. Когда меня раненого вывозили с "нуля", был на так называемой расфасовке тел. Мне об этом рассказывали позже, в то время находился без сознания. Что это такое? Лежат тела, проверяют: дышит или нет. Если есть признаки жизни, быстро на носилки – и эвакуируют. Мне повезло, спасли. Пережитое очень меняет. Начинаешь отличать зерна от плевел. И именно через это жестокое испытание становишься на путь самосовершенствования. Но с этим еще надо работать потом. Жить с этим, возвращаясь в город, быть военнослужащим и одновременно гражданином. Когда приезжаешь с боевых, ты будто стоишь на двух линиях одновременно: с одной стороны – воин, с другой – обычная городская жизнь. И надо уметь балансировать между двумя мирами".
"Шовинистские взгляды у россиян в крови. Они до сих пор считают, что имеют право над нами господствовать. Имперские замашки и нарративы – эти травящие институты проработаны веками, система очень глубокая. Они живут с войн, с того, что издеваются над другими, пытаются давить, оскорбляют. Если этого у них не будет, прекращают свое существование, не будет откуда черпать энергию. Поэтому надо бить изо всех сил, пресекать хищные намерения, бороться за свободу. Сдаваться – не имеем права. Нужно бороться за то, что оставим потомкам. Наше время вот такое".
"Как проживу 24 февраля 2026 года? Я живу здесь и сейчас, – продолжает актер. – Это уже моя фронтовая привычка, моя внутренняя "химия". Наперед не живу. Сейчас и офицер Вооруженных сил Украины, и актер драматического театра и кино. Также выступаю в военных вузах, школах. Веду активный образ жизни в плане гражданской позиции, пишу на разные темы. В том числе – о воинах. Очень разные мужчины сейчас в ВСУ. Это может быть бывший дворник, а рядом с ним бизнесмен, имеющий несколько квартир возле престижного столичного парка "Наталка". Это Юрий Гапоненко, позывной "Байкер". Ему уже было далеко за 50, когда приобрел снайперскую винтовку и пошел добровольцем на войну. Погиб в Бахмуте – посмертно Герой Украины.
Моя деятельность позволяет мне держать руку на пульсе настоящего. Моя цель – приблизиться к высшему званию, за которое не дают медалей или брошей: остаться человеком. Быть человечным, несмотря на обстоятельства, вопреки всему. Я работаю над этим и стараюсь вдохновлять других. За победу и свободу надо бороться всю жизнь. Несокрушимость – не только лозунг, она проявляется в повседневной работе, в действиях, в мечтах. Главное – найти правильные ключи и рычаги".
Также читайте на OBOZ.UA интервью с актером и разведчиком Александром Зарубеем – о фронтовых секретах, родителях в оккупации и 36 часах в тылу врага.
Только проверенная информация у нас в Telegram-канале OBOZ.UA и Viber. Не ведитесь на фейки!