Блог | Путін за спинами дітей

"Ми стоятимемо не спереду, а ззаду, за спинами жінок та дітей", – говорив у 2014 році президент Російської Федерації Володимир Путін, коли його питали про можливу війну з Україною. Через десять років після окупації та анексії Криму ці слова російського президента вже не виглядають просто метафорою чи пропагандою. Війна з жінками та дітьми після ударів по лікарні "Охматдит" для Путіна справді стала важливим інструментом впливу на українське та й на російське суспільства.

Далі текст мовою оригіналу

Женщины и дети, другие мирные жители гибнут повсюду – и на свободной территории Украины, и на оккупированных территориях, и в самой России. И оказываются действительно "впереди" – впереди путинской пропаганды, пишет Виталий Портников для krymr.com.

Гибель мирных жителей в Украине используется для деморализации украинского общества, "принуждения к капитуляции", демонстрации нарочитой российской жестокости.

Путин, кажется, до сих пор уверен, что такая деморализация – самый верный путь к успеху, что террор против мирного населения должен быть более эффективным инструментом, чем достижения завязшей на востоке Украины российской армии.

Гибель мирных жителей на оккупированных украинских территориях и в самой России используется для доказательства необходимости продолжения войны "до победного конца".

После атаки на "Охматдет" российские пропагандисты сетовали, что резонанс от этой трагедии несравним с резонансом от гибели людей на севастопольском пляже.

И никто из них даже не вспомнил о том, что до 2014 года Севастополь был просто мирным провинциальным украинским городом, туристическим центром, а Черноморский флот РФ – если бы не агрессивные амбиции Кремля – мог бы продолжать спокойно ржаветь на побережье Севастопольской бухты, а Черное море у крымских берегов давно уже могло бы стать частью торговых маршрутов, а не ареной сражений.

Но Путин решил начать войну и превратить Севастополь и Крым в плацдарм агрессии против Украины. Поэтому вопрос даже не в том, что отдыхающие на пляже Севастополя оказались жертвами ПВО, то есть одной российской ракеты, а пациенты "Охматдета" – жертвами другой российской ракеты. А то, что все эти люди – жертвы войны, развязанной Путиным. Точно также, как жертвы бомбежек Ковентри, Киева или Дрездена были жертвами войны, развязанной Гитлером. Если бы не фюрер, ни одна бомба не упала бы ни на один немецкий город. И фюрер, помнится, тоже очень любил говорить о женщинах и детях.