Цинічні закупівлі: як Україні дістаються прострочені ліки

Читать на русском

Во второй части расследования, которое "Обозреватель" провел в сфере закупок лекарств, речь пойдет о такой резонансной проблеме, как затягивание закупочных процедур. А главное о том, чем это чревато.

В первой части читайте, как международные закупки лекарств в Украине затянула трясина закрытости и непрозрачности.

Следующая проблема международных закупок – затягивание закупочных процедур, именно на это и акцентировал внимание общественности в своем обращении Борис Тодуров. Он заявил, что Минздрав на начало 2017 года не провел закупку лекарств и медицинских изделий по программе лечения сердечно-сосудистых заболеваний за деньги 2016 года. Уже закончился 2016 год, а процедуры за деньги 2016 года только начались. Это приведет к тому, что закупка произойдет в лучшем случае в середине лета, или, более реально, в начале осени, а возможно и совсем в конце года.

Впервые об этом заговорили летом 2016 года, когда, по прошествии полугодия после начала международных закупок, поставки были только в самом разгаре. Тогда, по состоянию на 12 июля 2016 года, согласно отчету Минздрава, план поставок лекарств был выполнен только по двум программам - закупка препаратов для пациентов с гемофилией и гепатитом В и С. Оставшиеся более 10 программ оказались проваленными. ЮНИСЕФ не справилась с планом по поставке вакцин на 90%. Crown Agents провалило закупку лекарств и медизделий по детской онкологии на 84%, а ПРООН обеспечила изделиями медназначения по программе борьбы со СПИДом всего лишь на 4%.

Ситуация была настолько критическая, что тогдашний и.о. министра здравоохранения Виктор Шафранский в своих докладных информировал правительство о провале закупок и отсутствии влияния со стороны Минздрава на закупочный процесс. И несмотря на то, что проблемой международных закупок 2015 года и помощью в их проведении активно занимались на уровне Кабмина, завершить их смогли (и то не в полном объёме) только к концу 2016 года.

Длительность процедуры закупки лекарств через международные организации - это не саботаж чиновников и не желание сорвать торги, а естественные сроки, которые определены внутренними положениями международных организаций. Вряд ли можно ожидать, что в дальнейшем международные закупки будут проходить оперативно.

Длительность процедуры объясняется и неспешностью функционирования международных бюрократов и сложностью их внутренних процедур. Так, с момента начала закупок до раскрытия предложений участников проходит 1,5 – 2 месяца. Еще три месяца уходит у международников на оценку предложений участников торгов, один месяц на заключение договоров, дальше по предоставленной международными организациями информации по отдельным препаратам срок поставки составляет до 6 месяцев (а по некоторым вакцинам, по словам общественников, может доходить до двух лет), после чего месяц уходит на оплату поставленного товара. В результате, фактический закупочный процесс международной организации имеет длительность 12-13 месяцев (в лучшем случае 6-8 месяцев), что не идет ни в какое сравнение с государственными закупками внутри страны, выполненными по процедуре открытых торгов (2-4 месяца).

Так что не стоит оптимистично цитировать официальную информацию компании Crown Agents, о том, что она намерена закрыть тендеры по программе лечения ССЗ до 7 февраля. Это сообщение – попытка манипуляции общественным мнением со стороны уважаемых международников, поскольку их "закрыть" - это не завершить процесс проведения тендера, это только завершить процесс приема заявок от участников торгов.

И только на реализацию этого первого этапа закупочного процесса у них ушло более 3 месяцев с момента получения предоплаты. Так что в закупках за счет средств 2016 года полностью повторяется закупочный процесс 2015, а значит, до реальных поставок еще очень далеко, и дай, Боже, чтобы они завершились в 2017 году.

Следующая серьезная проблема международных закупок – существенное завышение цен.

Международные закупки показывают эффективность, если на мировом рынке таких препаратов есть конкуренция. Но проведение закупок через международные организации не имеет эффекта в случае закупки инновационных лекарственных средств, защищенных патентами и имеющих только одного производителя.

Так, даже в успешной закупке по программе туберкулез были позиции, закупленные с существенным превышением цен относительно тендерных закупок Минздрава в 2014 году, как например, Рифампицин (торговое название MACOX 150 производства компании Macleods Pharmaceuticals, Индия), международные организации закупили по цене на 50% выше от цены закупки 2014 года в долларовом эквиваленте.

По программе взрослые гепатиты монопольный препарат Ламивудин (торговое название ЗЕФФИКС производства компании ГлаксоСмитКляйн, Великобритания) купили с превышением в 42% от цены 2014 года в валюте. Среди препаратов для лечения детей, больных гепатитами В и С, препарат Рибавирин у отечественного производителя Валартин Фарма купили по цене в 11 раз выше от цены закупки 2014 года. Раствор для промывки прибора Becton, Dickinson and Company (США) в программе закупки медицинских изделий и расходных материалов по программе СПИД купили по цене на 94% выше от цены закупки 2014 года. По программе детская онкология монопольные препараты Вориконазол (торговое название ВИФЕНД компании Пфайзер, США) и Пегфилграстим (НЕУЛАСТИМ, Ф.Хоффманн-Ля Рош Лтд, Швейцария), а также Третиноин (ВЕСАНОИД, Ф.Хоффманн-Ля Рош Лтд, Швейцария) купили с превышением 72%, 52% и в 3,6 раза соответственно. Тот же Третиноин по программе закупки препаратов для лечения онкологии у взрослых купили по цене в 3,3 раза выше от цены 2014 года в валюте.

В программе СПИД, которая в целом оказалась успешной, несколько препаратов были закуплены с превышением. Так, монопольный препарат с торговым названием АЛУВИЯ (Лопинавир / Ритонавир, 200мг/50мг) производства компании Abbvie (США) купили по цене на 86% выше от цены закупки 2014 года в долларовом эквиваленте. Закупки препарата АЛУВИЯ составляют более 50% от всех государственных закупок по данной программе. С превышением на 57% от валютной цены 2014 года также закупили монопольный препарат ПРЕЗИСТА (Дарунавир 600 мг) производства компании Janssen (США).

Анализ цен на указанные препараты мы ранее проводили в статье Шабунингейт. "Антикоррупционеры", коррупция и фармацевтический лоббизм в Украине. Кроме этой статьи, вопрос завышения стоимости препарата АЛУВИЯ на 86%, что привело к неэффективному использованию 2,95 млн долл. США, стал предметом обращения СБУ к премьер-министру Украины Владимиру Гройсману.

И примеры существенного завышения закупочных цен международными организациями по сравнению с тендерами Минздрава в 2014 году есть практически в каждой программе. И практически каждый раз это связано с отсутствием конкуренции.

Например, закупка через ПРООН вакцины для профилактики коклюша (ацеллюлярная), дифтерии, столбняка, гемофильной инфекции и полиомиелита (инактивированная). Несмотря на то, что на рынке по пятивалентной вакцине есть конкуренция, так как зарегистрированы вакцины трех производителей, в тендерной документации ПРООН предмет закупки был прописан жестко под одного производителя – украинскую компанию Фармекс Груп. Искусственные ограничения и дискриминация в предмете закупки не позволили обеспечить конкуренцию. В результате при сумме закупки в 7,2 млн долл. США, цена за дозу с учетом стоимости услуг ПРООН составила 18,13 долл. США. Это более чем на 2 доллара дороже, чем Минздрав купил у того же производителя в 2014 году. Превышение цены закупки одной дозы составило +12,5%, что на объеме закупки 416,5 тыс. доз привело к дополнительным затратам в 950 тыс. долларов США. В дополнение к этому, для того, чтобы закупить вакцину, которую Минздрав без помощи других закупал в течение четырех предыдущих лет, и осуществить перевозку со склада производителя в Борисполе на склад ГП "Укрвакцина" в Обухове Минздраву требовалось заплатить 5% ПРООН и ГП "Укрвакцина".

Эксперты заранее говорили об искусственной монополизации лота путем разработки Минздравом протекционистских требований под одного производителя. Результаты торгов полностью подтвердили их заключения - тендер выиграла именно компания, которую и предсказали эксперты.

И что мы получили от этого? Компания-поставщик получила сверхприбыль за счет повышение цены, а еще сверхприбыль за счет поставки препарата с малым сроком годности (на момент поставки ПЕНТАКСИМа в регионы срок годности истек на 80-86%), и окончательно подвела черту, когда выполнила поставку препарата с надписями и инструкциями на китайском языке.

Это не единичный случай поставки препаратов со сниженным сроком годности. Другие случаи были при поставках препаратов компаниями Людмила Фарм и Бадм, а также при поставках реагентов для лечения онкобольных детей, о чем заявила в Facebook Валентина Маркевич.

Приведем только несколько примеров по закупке международниками препаратов с ограниченным сроком годности:

- со сроком годности всего 4 месяца был закуплен международными организациями онкологический препарат "винкристин";

- со сроком годности два месяца были закуплены тест-системы "Клетки Immuno-trol, 2х3 мл";

- и совсем циничной выглядит закупка международными организациями реагента для проведения контроля качества, 1х2,5 мл (для определения СД4: п. 2.10 у ВИЧ-инфицированных беременных, п. 3.5 для сопровождения антиретровирусной терапии; п. 3.5 для пациентов диспансерной группы; реагенты и расходные материалы к проточному цитофлюориметру "Becton Dickinson"), который был доставлен в регионы 22.07.2016 за 7 дней до истечения срока своей годности.

Понятно, что многое из закупленного с такими сроками годности не могло использоваться, и было просто утилизировано.

Читайте вскоре на "Обозревателе" третью часть расследования в сфере закупок лекарств, где, в частности, речь пойдет о качестве лекарств.

Приєднуйтесь до групи "УкрОбоз" на Facebook, слідкуйте за оновленнями!

Наші блоги

Останні новини

Загрузка...