Леонід Кравчук: українського там вже немає ні на копійку

74.8тЧитати новину російською

Первый президент Украины Леонид Кравчук хоть и давно отошел от "большой" политики, но все еще продолжает оставаться значимой фигурой в публичной жизни страны. В его офисе, расположенном неподалеку от Кабмина, во всю кипит жизнь. Сам же хозяин в свои 83 года сохраняет бодрое расположение духа и по-прежнему активно интересуется всем происходящим с Украиной.

В первой части большого интервью с "Обозревателем" Леонид Кравчук рассказал о том, какую ошибку допустили власти с Донбассом, отличительной особенности главарей "ЛДНР", рецепте спасения оккупированных территорий и многом другом.

- Давайте начнем наш разговор с одной из самых резонансных тем последних недель — блокады Донбасса. Вы сторонник или противник подобных методов?

- Мне кажется, что перед тем, как говорить об отдельной проблеме, нам нужно определиться в главном. Главное заключается в том, как строится политика в государстве, которое не является сильным и авторитетным. Оно не может формировать свою внутреннюю и внешнюю политику, как ему того хочется, а должно считаться с глобальной ситуацией, которая происходит вокруг и быстро реагировать на вызовы.

Основы нашей внутренней и внешней политики приняты и остаются неизменными уже очень давно, но что мы видим сейчас? Аннексия Крыма, агрессия Россия на Донбассе. Часть территории Украины оторвали, а основы политики остаются без изменений. Это значит, что власть не реагирует, как следует на вызовы времени.

К тому же теперь у нас очень оригинальные отношения с той частью территории, которая не контролируются украинской властью, но связи с ней все равно существуют. Возникает вопрос: на какой базе существуют эти связи?

- Явно на коррупционной.

- Власти, которая реагирует на вызовы, следовало было бы принять закон, которым регулируются отношения с территориями на неконтролируемых Украиной территориях. То есть возникла нестандартная ситуация и ее нужно отразить в законе. Этого не сделали.

Частично эта тема урегулирована Минскими соглашениями, в которых записано, что предприятия, которые находятся на неконтролируемой нами территории, остаются в рабочих хозяйственных отношениях с Украиной. Как и должно быть.

Но этот пункт не выполняется, потому что нет такого циркуляра, определенного украинской властью. Таким образом, мы имеем ситуацию: внутренняя и внешняя политика изменилась, не зависимо от желания украинской власти. Изменились условия, а жизнь идет, и нужно давать ответы. И что в такой ситуации делают отдельные группы людей?

— Намекаете на то, что просто пытаются действовать активнее?

— Да. Если нет отрегулированного в законе порядка, то они вводят свой порядок, и это называется махновщина. То есть, нет порядка, который называется порядком, потому что каждая группа может установить свои правила.

Конечно же, влияние на украинскую жизнь, экономику, бюджет - колоссально негативное. И вот вы задали вопрос, как я к этому отношусь. С моральной точки зрения я думаю так: нельзя торговать с тем, кто тебя убивает. И нельзя осуждать людей, которые становятся грудью на рельсы и говорят: "Вы гнобите наших собратьев, вы держите их в подвалах, мучаете их, поэтому мы не будем с вами торговать". Как они поступают? Они стоят на стороне чести. Но как к этому относиться другим людям, которые теряют из-за блокады работу на шахтах и заводах? Это ведь их жизнь.

Если бы государство вовремя урегулировало этот момент, а не пасло задних, то сейчас бы не страдали люди, предприятия и экономика.

- Реакция главарей боевиков сильно смахивает на истерику. Сегодня (разговор состоялся 3 марта, - Ред.) они объявили торговую блокаду Украине, что мне кажется довольно смешным. До этого Захарченко заявил о том, что нам осталось существовать 60 дней. Как думаете, это просто паника и тупость данного персонажа или действительно следует ждать в ближайшее время какой-то подлости?

- Знаете, что является особенностью таких людей, как Захарченко и ему подобные? Они могут позволить себе практически все: называть, обзывать, принимать решения, пугать, стрелять. Они не несут ответственности, потому что не включены в систему международных отношений. Поэтому на них надо смотреть так, как они есть. Это самозванцы, боевики, террористы, сепаратисты… я не знаю даже, сколько ярлыков можно к ним приклеить. Это факт. Заметьте, что я их не назвал преступниками…

- К суда.

- Международный суд будет обязательно. После этого все люди будут их называть так, как нужно. Поэтому на то, что они говорят, нужно смотреть с иронией. Террористы, в любой день могут прекратить все, и не будут нести за это персональную ответственность, так как они никто. Будут нести ответственность те, кто лишится из-за них работы, денег ресурсов.

И эти "паспорта", которые ввели… Захарченко ведь не пострадает, возьмет "паспорт" и уедет в Россию с миллиардами. Какая-нибудь бабка тоже может так поступить, но что она там будет делать с 3 рублями? Те, кто сейчас хлопают в ладоши, что получили возможность, еще не понимают, что для начала им нужны деньги, чтобы ею воспользоваться.

Я понимаю, что мы имеем дело на Донбассе с людьми без чести и совести, которые рано или поздно могут выкинуть какой-нибудь фортель. Поэтому украинской власти следует думать заранее, что делать в таком случае, обеспечивать себе место для маневра. Мы этого не сделали, руководствуясь тем, что как-то оно будет.

— Вы сказали о пожилых людях. С ними все понятно. Но ведь большинство молодых тех, кто был за Украину, оттуда уже уехали? То есть там остались в основном те, кто поддерживает сепаратистов, Россию.

— Да, я тоже так думаю.

— Вот Украина освобождает эти территории. Что делать с такими людьми? Закрывать глаза или эту проблему можно как-то решить? Только без зачисток в стиле НКВД.

— Я думаю, заклинание о том, что нужно что-то делать, потому что это наши люди – не является рациональным. Нельзя человека заставить быть любимым, если нет – то нет.

Они не воспринимают Украину. Но здесь есть один важный момент. Они ее не воспринимают не от рождения, а от того, что им в голову вбила эту идею российская пропаганда. Их настолько нашпиговали ненавистью к Украине, что они не воспринимают украинскую власть, считая ее преступной.

Я думаю, что бросить их совсем будет не справедливо со всех точек зрения, потому что не во всем они виноваты. Виноваты те, кто сидят в Кремле и те, кого прислали оттуда, а они являются заложниками. Поэтому нам нужно больше терпения. Но это вовсе не означает, что мы должны уступать. Ко мне приходят люди из тех регионов, приносят школьные учебники, тетради, какие-то аксессуары. Все это пронизано уже Россией. Украинского там нет уже ни на копейку.

— Так все же какой из этого выход?

— Надо сейчас, по моему мнению, усилить контрпропаганду. Сделать все, чтобы донести до людей хоть одну позитивную мысль, чтобы они знали или услышали, что есть такая территория рядом с ними, где люди живут по-другому. И они могут жить там, где их не будут насиловать и убивать. Что не украинская армия их убивает, а убивают те, кто хочет распространить идеологию "русского мира" на всю нашу территорию. Придумать что-то другое... Удержать их мы не можем, это было бы опять же не справедливо. Чтобы мы платили налог, а за этот налог удерживали человека, который является врагом Украины.

Нужно время, чтобы они пришли в себя, почувствовали. Мы же должны сделать все, чтобы не остались безработными, чтобы работали заводы и фабрики. Независимо от того, что они принадлежат Ринату Ахметову, или еще кому-то. Поэтому сейчас нужно поддерживать того, кто может помочь людям организовать работу, дать пищу и помощь. А вести сейчас внутреннюю войну между собой...Если вы видите, а вы читаете, конечно, больше чем я, то многие люди уже считают, что наша внутренняя война гораздо более серьезна, более охватывающая, чем внешняя.

Вторую часть интервью читайте на "Обозревателе" в ближайшие дни.

Читайте всі новини по темі "АТО на Донбасі" на сайті "Обозреватель".

Приєднуйтесь до групи "УкрОбоз" на Facebook, читайте свіжі новини!

Наші блоги

Останні новини