Примите участие
в розыгрыше
планшета Участвовать
Приз
ГлавнаяБлоги

/Общество

Мы упустили свое время – отец Героя Небесной Сотни

22тЧитать материал на украинском

Четвертая годовщина расстрела участников Евромайдана в Киеве является напоминанием всей Украине об одной из величайших трагедий, которая случалась за всю современную историю страны. В результате столкновений за три дня погибли 78 активистов, которых потом назовут Героями Небесной Сотни. Эти события определили дальнейшую судьбу государства. С 18 по 20 февраля в Украине чтят память погибших на Майдане, которые ценою своих жизней дали шанс своему народу на свободу и право выбора.

"Обозреватель" пообщался с отцом погибшего от пули снайпера активиста Евромайдана, Героя Украины Устима Голоднюка Владимиром волонтером, активистом и координатором общественной организации "Штаб Национального Сопротивления Збаражского района". Читайте об изменениях, которых достигла Украина за эти четыре года, о расследовании убийств на Майдане, войне на Донбассе и многом другом.

- С начала трагических событий на Майдане прошло четыре года. Изменились ли ваши взгляды, учитывая те события, которые происходят в Украине?

- Я по своей натуре мечтатель. Первое мое большое разочарование в этом государстве – это когда мы за него только начали бороться. Я был участником революции на граните в 1990 году, которая, я думал, изменит Украину. Получилось так, что не изменила.

После того была еще не одна революция, и разочарование только усилилось. Кажется, наши люди привыкли, чтобы их били по спине, тогда они начинают ценить хозяина, который бьет, а сами хозяйничать они не умеют.

Больно видеть, когда страна, одна из крупнейших европейских государств, богатая полезными ископаемыми, является чуть ли не самой бедной страной в Европе. Есть разочарование от Майдана, не потому, что там была моя личная боль, моя кровь, мой ребенок, который отдал свою жизнь, а потому, что люди не сделали выводы. У них был шанс изменить это государство. Да, надо было затянуть пояса, надо было не стесняться и дать чиновникам по шее, выгнать их, причем всех до одного.

Мы упустили свое время. Да, некоторые могут сказать, что революция не завершилась, закончим войну – и все изменится. Пока изменится, пройдут годы. Думаю, что Украину начнут менять те дети, которые родятся после Майдана, или уже родились. Которые будут воспитываться на примерах Майдана, которых будут воспитывать на примерах воинов АТО.

- Кого вы обвиняете в отсутствии изменений в Украине: людей или власть?

- Я никого не обвиняю. Я не привык на кого-то сваливать собственные грехи, я такой же человек, как и все. Я обвиняю украинскую слабость. С одной стороны, мы - сильная нация, мы объединяемся, когда нам очень трудно, но, с другой, - для определенных действий нам нужно до того пика дойти. Когда начался настоящий Майдан? 30 ноября, когда пришли самые стойкие, когда начались первые жертвы. Когда стало немного легче, теплее, люди отошли от этого.

Мне больно за Украину, она полита кровью и не делает из этого выводы. Мы постоянно пытаемся с кем-то дружить, не понимая основного правила – нам надо стать настолько сильными, чтобы кто-то начал хотеть дружить с нами.

- Видите ли вы возможность реванша пророссийских политиков и начало нового Майдана?

- Я не могу вам сказать. У нас появилось много экспертов, особенно в соцсетях, которые что-то предсказывают, что-то доказывают, рассказывают. Я вижу, что таки деньги решают очень много. А сейчас много денег как раз у тех людей, которые не очень любят Украину.

- Какие мысли в армии, на передовой, по поводу ситуации в Киеве? Злятся на власть?

- Я часто бываю на Донбассе, вчера только вернулся. Мне здесь часто задают вопрос: "А что говорят бойцы?". Знаете, на некоторые темы мы с ними не говорим. Да, они сейчас там злые, но они знают, какую работу выполняют. Если они сейчас покинут свои рубежи, на эти рубежи придет враг и на тех рубежах он не остановится, он придет сюда, в наш дом.

Да, они машут кулаками, говорят - придут и надают по зубам чиновникам, и будет Украина свободной. Но за 4 года многие люди уже пришли, и что? Много мы из тех честных видим во власти? Нет. Мы видим много пиарщиков, которые на этой теме выехали, пошли в депутаты, научились брать взятки, сняли вышиванки и теперь ходят в костюмах Brioni, которые побрили чуб. К сожалению, есть и такие. Думаю, что быт и социальные проблемы в гражданской жизни притупляют ощущения, которые обострены на фронте. Нам нужно самим менять страну, а не ждать, что кто-то придет и нам все подадут на блюдечке.

- Власть рапортует о полном обеспечении армии государством, тогда почему продолжают существовать волонтерские организации?

- Конечно Степану Полтораку (министру обороны. – Ред.) никто не докладывает о глобальных проблемах, которые есть в армии. Докладывают, но о мелочах, которые обычно тоже очень важны. Поэтому такие заявления и появляются, судит и говорит исходя из информации, которая у него есть.

Начнем с того, что к волонтерским винтовкам, которые были закуплены бойцам волонтерами, Министерство обороны не даст патронов, на волонтерские машины не даст денег на ремонт. Не только в добровольческих батальонах; вместе с ВСУ 99% автомобильной техники закуплена волонтерами, а ее надо ремонтировать. Оптические прицелы, снайперское оружие, тепловизоры покупаются волонтерами за рубежом. Волонтеры как возили, так и возят.

- Волонтеры информировали Минобороны об этих проблемах?

- Информировали, мне нравится, что форму уже начали выдавать. Нет, нельзя сказать, что ничего не делают, это неверное утверждение. Начали выдавать обувь, плохо, что нет сменной, плохо, что нет технической обуви и одежды. Плохо, что нет специализированной обуви для спецподразделений в той мере, которые нужны. Хотя начали выдавать пайки – качество хорошее.

Но есть и другие проблемы, которые нельзя освещать. Я как волонтер не имею права о них говорить, а они есть.

- Люди продолжают помогать волонтерским организациям?

- Надо понимать, что люди устали от войны. Однако, невзирая на гневные посты, здесь бойцы прекрасно понимают, что они стоят там, чтобы здесь могли рожать, могли работать и вести нормальную жизнь. Хотя о войне не надо забывать.

Но, конечно, помощь уменьшилась. Уменьшилась, потому что все жалуются на власть и говорят: "Почему за столько времени это нельзя наладить?" Видно, что нынешняя система инертна, поэтому до сих пор не налажена. Но самая большая проблема – это обещания власти, которые она дает, но не выполняет. Это разочаровывает людей.

- Ситуация на мирной части Украины также остается неспокойной. Постоянные митинги, распри между политиками, кулуарные договоренности, начало предвыборной гонки. Ситуация может обостриться?

- Может быть и обострение внутри государства – не дай Бог. Мы понимаем, что сейчас много оружия у людей в тылу, много недоразумений. Одни ошибаются, другие идут сознательно на это. Мне эта ситуация очень не нравится. Такое впечатление, что вернулись в 90-е, где были постоянные взрывы, стрельба...

- К чему это приведет?

- История имеет свойство повторяться. Мы не сделали надлежащие выводы, вот и получаем последствия.

- Как продвигается расследование убийств на Майдане?

- Здесь у меня вообще хороших слов нет. Даже если не углубляться в проблемы расследования (там их очень много), где же наказанные за 4 года? Существуют десятки тысяч фото и видео, эксперты иностранных государств выкладывают свидетельства, где показывают стрелявшего. Вы считаете, что это нормально? Мы идем таким путем в Европу? Если мы не накажем виновных в расстреле, то... Я говорил уже: история имеет свойство повторяться, поэтому мы можем еще раз получить кровь.

- Расследование задерживается сознательно?

- Вы понимаете, во многих кабинетах остались те же люди, которые были при расстреле Майдана. С молчаливого согласия которых это все делалось. Которые голосовали за законы 16 января, которые судили майдановцев, которые закрывали глаза на то, что здесь бандиты получали оружие, "титушки" расстреливали майдановцев. Они остались в кабинетах, они не наказаны.

- Вы считаете, что расследование ни к чему не приведет?

- Это факт, мы это видим, ведь прошло 4 года. Что, должно пройти 20-30 лет, чтобы посадили преступников? Большинство преступников сбежали, у нас остались единицы, сажать некого будет. За давностью лет или будут оправданы, или уже от возраста умрут.

Бывший генпрокурор Ярема (глава ГПУ в 2014-2015 годах. – Ред.) говорил, что у нас пропали образцы отстрелянных гильз, журналы выдачи оружия в НИЭКЦ. Целая огромная структура имела образцы отстрелянных гильз, гильзотека, за это кого-то посадили? Это только один пример, а их масса, за это кого-то посадили?

Вместе с тем судьи, которые судили автомайдановцев, сейчас прошли в Верховный Суд, они прошли в Высшую квалификационную комиссию судей. Что же у нас изменилось?

- Вы чувствуете помощь власти вашей семье, учитывая то, что ваш сын погиб во время расстрелов активистов Евромайдана?

- Я никогда не ожидал помощи от власти, я ее не просил, и она мне не нужна. Я не хочу ни от кого зависеть. Власть поможет на копейку, а спросит на миллион. Средства, которые были выплачены в качестве компенсации за сына, я от них отказался и перечислил маме нашего мальчика. Оно мне не нужно, мне сына никто не вернет никакими средствами.

Как сообщал "Обозреватель", президент Украины Петр Порошенко оценил проекты мемориала Героев Небесной Сотни.

Читайте все новости по теме "Эксклюзив" на OBOZREVATEL.

0
Комментарии
0
0
Смешно
0
Интересно
0
Печально
0
Трэш
Чтобы проголосовать за комментарий или оставить свой комментарий на сайте, в свою учетную запись MyOboz или зарегистрируйтесь, если её ещё нет.
Зарегистрироваться
Показать комментарии
Новые
Старые
Лучшие
Худшие
Комментарии на сайте не модерированы

Наши блоги