"Гламурный подонок"

'Гламурный подонок'

Европа простит Виктору Ющенко все, лишь бы он ненавидел Россию. Анонимные избирательный списки – ближайшая перспектива Украины. Юлия Тимошенко готова поставить на кон свою жизнь. А также о том, кто кого будет бить сковородкой по голове, о новом гетманате "гламурный подонок" украинской политологии Дмитрий Выдрин рассказал в интервью "Киевскому телеграфу".

Дмитрий Игнатьевич, вас уже называют "гламурным подонком" украинской политики. Наверное, это связано с тем, что уже не осталось ни одного лидера, которого бы вы публично не "опустили". Это у вас новый имидж такой? — Видимо, меня загнали в эту нишу. По жизни я немножко другой человек. Тяготею к спокойным формам деятельности. Диван — это для меня лучшая социальная ниша. Но поскольку приходится иногда с него вставать, то поневоле сталкиваешься с реалиями нашей жизни. Как ни странно, но иногда я бываю в жэке, отвожу тещу в больницу, устраиваю своих детей в вузы, поскольку нет сегодня такого понятия, как "поступление в институт". И у меня периодически возникает желание поменять диван на некие джедайские одежды. Но, не родившись джедаем, я этот недостаток компенсирую тем, что пытаюсь воспользоваться единственно доступным мне оружием — словом. Однако "гламурный подонок" — это из другой оперы. Некий аноним так обозвал меня в личном интернет-блоге, поскольку я люблю, по его мнению, слишком хорошо жить: ездить в красивые страны, общаться с интересными людьми. В детстве моим любимым лозунгом был девиз "зеленых беретов". В США на бигбордах, призывающих вступать в армию, писали: "Идите в "зеленые береты"! Вы посетите дальние страны, познакомитесь с очень интересными людьми и убьете их". Последние слова я отбрасывал, а остальные были моим жизненным кредо. Такое отношение к жизни не прощается. Если ты посетил больше стран, чем твой собеседник, если у тебя больше интересных друзей, хотя бы на одного, то тебе этого никогда не простят.

Видео дня

Вы действительно были знакомы со многими известными людьми, работали на них, а теперь пытаетесь их "морально убить". Вы решили быть эпатажным, чтобы обратить на себя внимание?

— Скорее не убиваю, а напротив — пытаюсь лечить. Хотя по своему предназначению я не доктор. Когда-то я открыл простую истину, которая оказала на меня сильное влияние. Оказывается, существуют не две, а три формы менеджмента. Всем известен западный менеджмент, когда на человека воздействуют с помощью денег, и восточный — когда главным управляющим рычагом является страх. Например, в Японии страх перед исключением из состава корпорации заставляет человека верно служить боссам. Но, оказывается, есть еще украинская форма менеджмента. Работодателю не нужно подкупать либо запугивать служащего, чтобы он хорошо к нему относился. Его надо унизить. Желательно до самых печенок. В таком случае не только подчиненный, но и партнер или оппонент обязательно обратит на тебя внимание.

И вот на каком-то этапе я понял, что взывать к совести оппонентов или коллег бессмысленно. Запугивать тоже: у нас никто ничего не боится. Денег в достаточном количестве у меня нет, так что и этот стимул не работает. Остается только унижать, понимая, что в ответ получишь унижения в квадрате. Но это наша традиционная общепринятая форма взаимного общения. Только так можно добиться внимания и, следовательно, влияния на того или иного человека. Вот и пришлось использовать метод дозированного унижения оппонентов, понимая, что у нас это единственно возможная форма воздействия. Других просто нет.

Вы активно используете интернет как средство рекламы своих идей и поступков. Какова, по-вашему, роль виртуального пространства на реальную политическую деятельность?

— Есть страны, где интернет абсолютно доминирует в избирательной кампании. Могу, исходя из личного опыта, назвать несколько стран, где политические партии побеждали благодаря интернету. Это, например, Венгрия, в которой на прошлых парламентских выборах победила сила, которая сумела наиболее эффективно использовать Сеть. Там, на мой взгляд, возможности интернета уже превзошли возможности телевидения, поскольку это маленькая, компактная страна — половина населения живет в столице. Франция, конечно, побольше, но и здесь политтехнологическая сила интернета сравнялась с силой телевидения.

В Украине примерно десять-пятнадцать процентов избирателей пользуются Сетью. Но, думаю, к следующим выборам интернет станет решающей силой, поскольку он по форме на сто процентов отвечает содержанию той работы, которая ведется во время кампании. По мере того как наша страна становится более просвещенной и изощренной, все сложнее обмануть избирателей той или иной маской. А завоевать их доверие можно только естественностью. Будущее в политике принадлежит натуралам, которые не прячутся за масками. Вот Михаил Бродский меня опередил и вывесил в интернете свои фотографии в голом виде. Так вот, для меня голый политик — это эталон будущих политтехнологий.

Я как-то сказал, что голый депутат страшнее голой правды. Но когда сбрасывается все — костюмы от Луи Виттона, заготовки российских или американских консультантов, тогда-то и становится ясно, что это за человек и стоит ли за него голосовать. Поэтому интернет с его раздевающей функцией — это самый сильный инструмент будущих политтехнологий. Ничто так эффективно не раздевает, как интернет. И неслучайно именно в интернете возникает желание вывесить свою фотографию в голом виде. Сама суть Сети заключается в том, чтобы раздеть человека во всех смыслах, то есть разоблачить его фальшь, чрезмерный пафос, разоблачить его позерство. И если ты хотя бы несколько месяцев постоянно "висишь" в интернете, то чувствуешь, что начинаешь потихоньку очищаеться от всего наносного, от шелухи. У интернетовской братии поразительное чутье на все фальшивое. Она очень быстро приводит тебя к естественному, натуральному состоянию.

Разрешите с вами не согласиться. Главная особенность интернета — это полная безнаказанность. Люди, как правило, там ведут себя иначе, чем в жизни…

— Знаете, опытные юзеры уже не позволяют себе ни фатальных оскорблений, ни фатального стеба. Они понимают, что со временем это все им вернется. Да, продвинутые люди уже все имеют известные ники (юзерпики). Я как-то провел несколько часов под Центризбиркомом, поддерживая Юлию Владимировну. Я всегда ее поддерживал и буду поддерживать, поскольку она интуитивно чувствует тенденцию. И то, что она потребовала от ЦИК прекратить заставлять кандидатов в депутаты указывать свои почтовые адреса и адреса проживания в регистрационных списках, — это совершенно верный шаг. Я тоже считаю, что это безобразие. Мое предложение заключается в следующем: надо запретить публиковать не только адреса кандидатов в депутаты, но также их имена и фамилии. Согласитесь, если политики не знают избирателей в лицо, то и они не должны знать своих политиков. Мы же с Юлией Владимировной выступаем за полную справедливость. Для этого надо, чтобы в списках указывались только ники кандидатов. Ведь фамилии уже "обросли" какими-то ненужными ассоциациями, а юзерпик — это попытка начать жить с новым лицом.

Какой у вас юзерпик?

— У меня юзерпик — моя фотография, сделанная в Иране. Моя помощница, которая отвечает за имидж, считает, что в Иране я выгляжу натуральнее, чем в других частях света. Поэтому хламида и накидка — это мое новое лицо.

А ник? Выдрин?

— Перед выборами многие кандидаты в депутаты дают какие-то обещания, обеты. Например, кто-то обещает сделать обрезание, если попадет в следующий состав парламента. Кстати, я знаю одного губернатора, которому это помогло. Кто-то поставит громадную свечку, в рост человека. А я пообещал сделать себе наколку на среднем пальце правой руки, которую планирую показывать другим политикам. И там будет мой новый ник. Какой? Это пока тайна.

Вас заметили на открытии осенней сессии Верховной Рады. Ностальгия замучила?

— Честно признаюсь: я не планировал туда идти. Как и мои товарищи по партии. Мы решили дождаться решения Конституционного суда по поводу легитимности или нелегитимности нынешней Верховной Рады. Но накануне я увидел по телевизору Президента, который сказал, что будут отслеживаться все депутаты, которые зашли в Верховную Раду. Они попадут в некие списки, а затем будут приняты какие-то меры. И у меня сразу возникло непреодолимое желание пойти в парламент. Для меня любой запрет — как красная тряпка для быка. Во время трансляции обращения Президента к нации я сидел перед телевизором и кричал Президенту: "Что же ты делаешь?! Я не хочу идти в Верховную Раду! Не вынуждай меня это делать!". Мне даже казалось, что он именно мне грозил пальцем. Тут же вспомнил песню Высоцкого: "Тут ворвались санитары, зафиксировали нас". Я представил, как в белых халатах (с сердечками или без) в сессионный зал врываются санитары, начинают фиксировать непослушных депутатов, и понял, что не смогу не пойти в Раду.

Что вы как "гламурный подонок" можете сказать по поводу участившихся обращений Президента к нации?

— Я хотел бы подойти к вопросу более глобально.

Да Бога ради….

— Начать необходимо с роли Президента в новейшей украинской истории. Ющенко, естественно, все делает правильно. Когда мы с новым главой государства и новым парламентом стартовали в светлое политическое будущее, перед нами было три дороги. Была дорога, которую нам предлагали "Регионы". Они предупреждали, что идут в капитализм, путь предстоит сложный, не все выдержат переход. Но обещали помогать материально. Юлия Владимировна звала в другую сторону. Она говорила, что все должны жить очень дружно, не должно быть никаких материальных или духовных различий, все будет делиться справедливо, то есть не поровну, а по-братски. Но для того чтобы дойти до братства, нужно затянуть потуже пояса и постоянно участвовать в разных стремительных бросках. Они будут экспрессивно называться "прорывы", "разрывы" или еще как-то. Ведь, согласитесь, без надрыва светлый социализм или солидаризм не построишь. Людям нравится политическая и социальная экспрессия, все мечтают жить не спокойной, рутинной жизнью, а рыть котлованы, строить громадные сооружения. Но тут появляется Виктор Андреевич. Он понимает, что конкурировать с "регионалами", идущими в капитализм, не может. Хотя, на мой взгляд, интуитивно ему нравится капиталистическое общество, особенно его товарно-денежные отношения.

Виктор Андреевич также понимает, что он лишний на пути в святое солидаристское будущее. Ему претит подобное амикошонство. Он не хочет быть полностью равным со своим десятым консультантом или даже с первым охранником. Ющенко знает, что в любом обществе должна быть иерархия, система статусов. Поэтому Виктор Андреевич сделал единственный возможный ход —он отправился в прошлое. Этот путь можно назвать неофеодализмом или новым гетманатом. Но он дает ему шанс победить своих конкурентов.

Нам кажется, что его шаги нелогичны. Однако, если систематизировать все его действия, окажется, что все абсолютно логично, поскольку Президент очень быстро строит свою социально-экономическую формацию. И в строительстве гетманатов ему нет равных. Ющенко очень быстро уничтожил законодательство, поскольку в неофеодальных обществах законов нет по определению. Там есть только договоренности. Виктор Андреевич просто понял, что не право необходимо сегодня Украине, а удачный сговор нескольких олигархов. А для того чтобы предложить наиболее выгодную для себя модель сговора, ты должен быть более сильным и влиятельным, чем тот, кому ты ее предлагаешь. И, кстати, "регионалы" поздно это почувствовали. Они же шли в капитализм, а Виктор Андреевич, как Сусанин, сначала повел их в одну сторону, а сам затем пошел в другом направлении. И когда "регионалы" вышли с лозунгами, которые им с трудом давались — "Мы за Конституцию, мы за право!", — появился Ющенко и сказал: "А право и Конституция — это я". И они поняли, что не туда попали. Не по тому пути шли. "Регионалы", как последние "терпилы", наращивали финансовые активы, а надо было силовые. Выяснилось, что, если убрать денежный фактор за скобки, они оказались на порядок слабее Виктора Андреевича, который является сегодня более могучим гетманом, чем Янукович.

И потому сегодня мы имеем гетманскую республику в модернистском виде, где закон не нужен, да и парламента не будет, поскольку он тоже не нужен. Будут спорадические переговорные площадки, на которых иногда станут собираться люди, призванные выполнять роль подтанцовки для своих вождей. Кто-то же должен хлопать в ладоши, изображать восторг. Эти люди будут называться по-разному: конституционное собрание, конституционная ассамблея, высший совет регионов или другой квазисовет. И пока мы не пройдем эту стадию, не сможем перейти к следующему уровню, который будет называться либо солидаризм, либо капитализм (в зависимости от того, кто победит на выборах). Хочу еще добавить: "регионы" попались дважды. Один раз политически, когда оказалось, что не ту формацию строили, а второй раз психологически, поскольку считали, что формируют общество, в котором главным инструментом являются деньги и потому ставки будут делаться в денежном виде. А главные ставки в той формации, в которой мы живем, не денежные, а витальные, то есть жизненные. Условно говоря, Юлия Владимировна на кон политической игры может поставить свою, да и наши жизни, а Виктор Федорович — только свои теннисные корты или чужие меткомбинаты.

Что-то вы слишком мудреное загнули. Как можно построить в постиндустриальном обществе гетманат? Ведь подобная форма государственного устройства не вписывается в европейские стандарты, к которым мы все так стремимся.

— Никакого противоречия здесь нет, поскольку наши политики усвоили одну простую истину: Европа — назовем этим абстрактным понятием огромное количество демократий и элит — простит любой стране все что угодно, если она станет постоянно декларировать антироссийскую позицию. Это сегодня главное требование Европы. Ты можешь быть каким угодно Туркменбаши, однако иметь при этом прекрасные отношения с Западом, если говоришь, что приложишь все усилия для того, чтобы не дать российскому колоссу встать на ноги. Наши политики это интуитивно почувствовали.

И напоследок: какие скандалы произойдут во время нынешней избирательной кампании?

— Выдам вам секрет: вместе со своим коллегой я сейчас заканчиваю книгу, которая называется "Справочник маркшейдера". Маркшейдер — это бригадир горных рабочих. Как-то случайно я зашел в книжный магазин и по своей дурной привычке взял с полки книгу, которую открыл посередине, не заглядывая в оглавление. Книга была старая, потрепанная. Вдруг понял, что держу в руках самый великий в истории человечества политологический трактат. В нем изложена вся украинская, и даже мировая политология в развернутом виде. Только термины были другие: вместо избирателей было написано "руда", вместо финансовых потоков — "вагонетки", вместо политтехнологов — "угледобывающие комбайны". Если отвлечься от этих мелочей, то в книге в чистом виде была описана технология борьбы за власть, давались советы по изменению правящих режимов, формированию политических систем, пробиванию туннелей между политическими силами. Тогда я понял простую вещь: не надо изобретать политтехнологии. Надо просто брать любую устоявшуюся науку, которая имеет наибольший эмпирический материал. Любая такая наука сильнее политологии, в которой, как правило, мало эмпирики для обобщения. Ведь чем более древняя наука берется, тем более точный анализ получается на выходе.

Вот недавно мне на глаза попалась одна книга. Она называется "Травмы на сексуальной почве". Оказалось, что уже пять тысяч лет фиксируются специфические травмы. Богатейший эмпирический материал, поскольку люди занимаются любовью с момента возникновения человеческого рода. Я зачитался и очень многое понял по поводу будущего украинской политики. Особенно потряс меня один случай, который показал, чем в конечном итоге закончатся коалиции и "оранжевых", и "синих". Теперь собственно о случае: молодой человек, лежа утром в постели со своей замечательной девушкой, испытал необычайный прилив благородства и решил напечь ей блинов. Так бывает. И как был в обнаженном виде, так и пошел на кухню. Взял сковородку, муку, все что нужно, сделал тесто и стал куховарить. Замечательная девушка проснулась от волнующего запаха и тихонько вышла на кухню. Она была, как и любимый, обнажена. Девушка увидела прекрасную картину: в свете ласкового утреннего солнца любимый человек готовит ей завтрак. Она решила отблагодарить и сделать ему хорошо. Опустилась на колени и стала делать хорошо. В это время молодой человек от избытка чувств решил подбросить блин, чтобы перевернуть его в воздухе. Он подбросил, однако блин упал не на сковородку, а на спину девушки, отчего она сжала зубы с невероятной силой. Молодой человек инстинктивно ударил ее раскаленной сковородкой по голове. В результате мы имеем два тяжелых случая. Так вот, потенциальные коалицианты пока находятся в первой фазе, когда есть теплые чувства друг к другу, когда хочется напечь блинов. Один из них уже вышел со сковородкой на кухню, но мы-то знаем, чем все закончится. Знающих древние науки не обманешь. Концовка известна. Лечиться придется всем. Только у кого-то будут более тяжелые повреждения, а у кого-то менее… Без травм из этих выборов не выйдет никто. Я вам гарантирую.

Беседовали Дмитрий Заборин, Александр Юрчук