Бородянка стала концлагерем для собак

77

ОПОСТЫЛЕВШИЕ ДРУЗЬЯ И БЕЗРОДНЫЕ УЗНИКИ

Пускают в приют всех, только спрашивают документы. Таков порядок. Запах нечистот поражает уже в дверях. От многоголосого лая закладывает уши. Внутри царит полумрак. Четыре отделения: посредине коридор, по сторонам за решетками собаки. Бездомные наглые попрошайки, запуганные обитатели помоек, ставшие ненужными породистые домашние любимцы, жаждущие общения ласковые собаки и агрессивные лохматые псы – здесь собраны все представители собачьего мира.

Сейчас в Бородянке 280 собак. Из тех, кого хозяева сдали "за ненадобностью", 60 процентов – бойцовских и охранных пород. Именно они больше всего радуются посетителям.

Оказавшись здесь, все животные испытывают шок. Некоторые заболевают. Если собака контактная – ее подлечат при возможности. Если пес боится людей или агрессивен, этой проблемы могут не заметить.

Кормят животных кашей. В смеси круп видны кости и перемолотая рыба – это некондиционные продукты из супермаркетов. Все собаки вначале худеют. Которые приспособятся – останутся жить. Маленькие собачки и щенки обычно погибают.

Летние вольеры – местные карцеры. Стока нет, и животные порой неделями ходят по лужам из собственной мочи. Люди подходят раз в день, приносят кашу и воду. Здесь много диких и агрессивных собак. Работать с ними тяжело, забирать их не хотят, а усыпить нельзя. Вот и живут эти странные существа – упершись взглядом в забор, дрожа и слушая вопли друг друга. И сходят с ума…

УЖЕ НЕ ЖИВОДЕРНЯ, НО ВСЕ ЕЩЕ ТЮРЬМА

Приют в Бородянке существует 8 лет. Первые годы в рассчитанных на 250 собак вольерах содержалось до 600 животных. Отсутствие ветеринарной помощи и жестокое отношение персонала к собакам снискали заведению славу концлагеря для животных. Если за пойманной собакой через десять дней никто не приходил, несчастное животное ждала мучительная получасовая агония и смерть.

– Собакам кололи препарат дитилин, который блокирует дыхание, – говорят в приюте. – Они испытывали дикую боль и постепенно задыхались, находясь в сознании.

Под давлением общественности в ноябре 2006 года в приюте открыли доступ волонтерам. Те принялись чистить авгиевы конюшни (слой нечистот в вольерах достигал 10 см!), которые представляли опасность не только для здоровья животных, но и персонала. Кроме того, волонтеры начали подкармливать собак и искать им новых хозяев.

В июне 2007 года заместитель столичного мэра Ирэна Кильчицкая заявила, что берет на контроль решение проблемы бездомных животных. Ведь приют – коммунальное предприятие и находится на городском балансе. Но ситуация к лучшему так и не изменилась. За исключением того, что теперь сюда беспрепятственно и в любое время могли приходить волонтеры.

В ноябре 2007 года стартовала программа стерилизации, и собак перестали убивать. Их ловили, стерилизовали, надевали красные ошейники и выпускали на волю – такова мировая практика. Большая часть операций проводилась за деньги волонтеров, часть – на средства приюта.

ДОБРОВОЛЬЦЫ ПРОТИВ НАДЗИРАТЕЛЕЙ

Персонал заведения не ждал зоозащитников с распростертыми объятиями. Тех, кто привык приходить в приют как на необременительную службу, раздражали лишние хлопоты. Других, усвоивших методы садизма при прежнем руководстве, приводила в негодование сама мысль, что в запуганных и дрожащих тварях есть живая душа.

– Мы заставляли персонал работать и были им как кость в горле, – рассказала Анна Горынина. – Лечить собак, чистить клетки, выводить животных на прогулки – это прямая обязанность этих людей. Но они ничего не хотели делать!

У старожилов приюта своя правда.

– На словах многие собак жалеют, – делится работница приюта Светлана. – А работать за 1400 грн. в месяц никто не спешит. Кстати, нам еще за февраль зарплату не дали.

За год зоозащитникам удалось найти новых хозяев для 132 собак. Некоторых животных волонтеры забрали к себе домой.

– Два года назад я впервые приехала в Бородянку, – рассказала Алина Гавриленко. – Хвостатые смертники встретили меня лаем. Каждый из них надеялся обратить мое внимание на себя. Они словно говорили мне: "Помоги мне спастись! Ведь я ничего не сделал плохого. Моя единственная вина в том, что кому-то не понравилось соседство со мной…"

Алина шла мимо океана тоски, боли и страха. Собаки смотрели на нее сквозь прутья решетки. С каждым шагом у Алины замерзал кусочек души. Забрать всех невозможно. Но как из ста собак выбрать одну? Как решить: кому жить, а кому умирать? Вдруг взгляд девушки встретился с парой зелено-карих глаз маленькой дворняги.

– В тот день я никого так и не выбрала – вспоминает Алина. – А потом долго не могла найти себе места. Собака с пронзительным взглядом снилась мне по ночам! Поговорив с мужем, я решила забрать ее домой. Теперь у нее есть имя – Филя. И я не могу представить свою жизнь без своего четвероногого друга.

СОБАКИ УМЕЮТ ПЛАКАТЬ

Как же попадают псы в приют? Иногда собака оказывается на улице после смерти хозяина. С одним из таких бедолаг я и столкнулась в квартире Анны Горыниной. Дворняжку Артурчика с примесью пинчера сдали в Бородянку родственники умершего. А молодой кобелек так тяжело пережил смерть своего друга, что заболел.

– У него были проблемы с поджелудочной и печенью, начался кровавый понос, он отказывался есть, – говорит Анна. – Собака буквально таяла на глазах. Но мы ее подлечили.

Еще одна категория обитателей концлагеря для собак – обычные уличные бродяжки.

С помощью защитников животных такие собаки нередко находят себе хозяев. Например, чистопородного "дворянина" Макса, рожденного на стройке в Позняках, хотели пристроить охранять территорию какого-то склада. Но у пса оказался такой чудный характер, что его забрали в семью. Теперь он кроме хозяина с хозяйкой охраняет еще двоих детей и кошку.

Непростая судьба выпала и ротвейлерше Кэрри. Десять лет она жила счастливо. А потом сын хозяина женился, и в семье стали ждать появления малыша. Кэрри тоже ждала – ведь любимые хозяева так счастливы. Но тут у кого-то из домочадцев зародилась мысль: а вдруг Кэрри обрушит свою радость на новорожденного? Вдруг случайно укусит ребенка? Так участь Кэрри была решена. Ее сдали в приют. Вдобавок снабдили характеристикой – не контактная и злая. Ротвейлершу заперли в вольере. Гулять не водили, общаться с ней было некому. Собака затосковала, огонь в глазах погас. Однажды волонтеры взяли Кэрри на прогулку. И она оказалась совершенно послушной, ласковой и благодарной. С тех пор она каждое утро с нетерпением ждала прихода волонтеров. А с наступлением холодов Светлана, одна из активисток , решила утеплить ротвейлершу.

– Я надела на Кэрри свитер и подшивала его, чтобы не болтался. Я уговаривала ее немного потерпеть, а она сидела смирнехонько и изо всех сил прижималась своей башкой ко мне и лизала мне лицо, – рассказывает Светлана. – Представляете, она плакала! Кэрри до сих пор в приюте. И очень ждет своего хозяина… Но шансов дождаться своего друга у Кэрри немного. Если в ближайшее время ситуация в приюте кардинально не изменится, может быть принято решение убивать собак.

– Я вступила в должность два месяца назад, – говорит директор приюта Ольга Дроздова. – Но мне уже ясно, что бюджета на нужды приюта не хватает. Еда для животных пока есть, а вот персоналу платить нечем.

Действительно, экономическая ситуация в стране сейчас тяжелая. Когда десятки тысяч людей теряют работу и заработок, кажется, не время жалеть животных. Но от утраты сострадания к четвероногим друзьям один шаг до равнодушия к людям.

ОТ АВТОРА

Сочувствие в последнее время стало чем-то рудиментарным и даже предосудительным. Кризис… И значит, нужно выстоять любой ценой. Можно не замечать стариков, забыть о больных и слабых. А о каких-то собаках вообще нечего думать. Отвратительный запах зверинцев. Несчастные бездомные собаки….

Имеет ли смысл говорить о ханжестве? Вроде бы да. Ведь я за защиту собак, но домой вряд ли возьму это несчастное дрожащее и откровенно некрасивое создание. Да, жалко, но пусть оно будет не у меня, не рядом. Как же совместить сострадание и желание отодвинуться? Вот 10 гривен на приют отдать не пожалею. Особенно если их не сопрут. Но ведь украдут. Значит, не дам. Где выход? Может, приют в Бородянке вообще прикрыть? Там всего 300 собак, а в городе бродит не менее 30 тысяч бездомных "друзей человека".

Приют не решает проблемы. Причина глубже и проще. Она в нас. Собаки – не люди, их предать не стыдно. Отношение к ним – как лакмусовая бумага: выявляет пороки людей. Это показатель морального здоровья общества, его способности не только выжить, но и измениться к лучшему.

Умение сострадать – гарантия, что мы еще не окончательно истребили в себе человечность, это обещание оставаться людьми. Что делать? Да хоть что-то! Даже маленькое действие дороже самых прекрасных слов.

Но мы уже привыкли принимать готовые решения, стали потребителями технологий. Когда скажут, тогда и сделаем. Кстати, разница между словами "потреблять" и "истреблять" не так уж велика...

НА ЗАМЕТКУ

Все желающие помочь могут позвонить по тел. (044) 432-08-11, 432-87-33 или приехать в Бородянку. С собой обязательно иметь удостоверение личности. Собакам требуется корм и общение. Если вам некуда забрать собаку, вы можете оставить ее в приюте и стать ее попечителем.

По вопросам волонтерства обращаться по телефону 8-063-953-46-37.

ОСОБОЕ МНЕНИЕ

– Я считаю, что бездомных собак на улицах Киева быть не должно, – сообщила Анна Горынина, заместитель директора КП "Приют для животных". – Их нужно усыпить. Но только эвтаназия должна быть гуманной. Собака не должна мучиться.

– А разве стерилизация не решает проблемы?

– Ну что это за жизнь для собаки? Летом они изнывают от жажды, зимой замерзают от холода и почти непрерывно страдают от голода. Люди в лучшем случае обходят их стороной, в худшем – гоняют и бьют. Средняя продолжительность жизни бездомной собаки 2-3 года. Разве это нормально? А в приюте им тоже не намного лучше, хотя и гарантирована миска каши. Собаки – существа особые, им хочется быть с человеком и любить своего хозяина. Ни у одного другого животного такого нет.

Присоединяйтесь к группе "УкрОбоз" на Facebook, читайте свежие новости!

Наши блоги