Эмбарго Путина: как Яценюк фактически проиграл торговую войну

49.6тЧитать новость на украинском

Президент России Владимир Путин во время своей ежегодной пресс-конференции заявил, что с 1 января РФ разрывает экономические отношения с Украиной.

Теперь, кроме запрета на украинские продукты, Москва выставляет заградительную пошлину на огромный перечень украинской продукции. Средний показатель, по оценкам экспертов, составляет 7,8%, что может сделать наши товары неконкурентными на российском рынке. И здесь, в отличие от продуктов питания (подробнее об этом читайте в первой части статьи "Обозревателя"), все выглядит гораздо печальнее и значительно непонятнее.

"Обозреватель" опросил экономистов и узнал, к чему приведет экономическое эмбарго России, а точнее, бездействие премьер-министра Арсения Яценюка.

После того, как с 1 января 2016 года начнет работать соглашение о зоне свободной торговли с ЕС, Москва решила лишить Украину торговых преференций, которые Киев получил в рамках зоны свободной торговли со странами СНГ. Впрочем, Кремль очень активен в вопросе новых запретов, то и дело вводя новые ограничения для украинских экспортеров. Одна из последних инициатив — Россия решила отказаться от украинских комплектующих при производстве своего военного самолета Ту-160. Хотя сама при этом констатирует: сделать это будет непросто.

Российские санкции могут внедрить с очень существенными ограничениями: в 20-х числах декабря должна состояться очередная трехсторонняя встреча в формате Украина—Россия—ЕС, на которой стороны попробуют договориться. Но аналитики мало верят в подобную возможность.

По мнению эксперта Международного центра перспективных исследований Александра Жолудя, при нынешних отношениях между двумя странами надежд на это крайне мало.

"Россияне и вправду подали знаки, что ограничения могут и не вводить, выставив ряд своих условий. Но Киев не соглашается на уступки, например, относительно нашего вступления в ЗСТ с Евросоюзом. И это совершенно справедливо", — говорит финансовый эксперт, экс-министр экономики Виктор Суслов.

Аналитики утверждают: в запретах Москвы значительно больше политики, чем экономики.

"Москва озвучила два основных аргумента за внедрение торговых запретов, которые абсолютно не выдерживают критики, — обращает внимание исполнительный директор Международного фонда Блейзера Олег Устенко. – Первый: озабоченность, что после начала действия договора о ЗСТ между Киевом и ЕС, территорию Украины западные фирмы будут использовать для транзита своей продукции в страны СНД – без оплаты необходимых пошлин. Это наивный довод: проверить происхождение товара на самом деле очень просто. И многие другие страны, состоящие в нескольких зонах свободной торговли одновременно, им успешно пользуются. Решить проблему, которая беспокоит россиян, также несложно в рамках ВТО".

Второй аргумент Москвы — после вступления в силу договора о ЗСТ российские товаропроизводители начнут терять свои позиции на украинском рынке, проигрывая европейским конкурентам. "Претензия, честно говоря, непонятна. Ведь мы имеем дело с законами рынка: производитель должен конкурировать ценой и качеством. А не административными рычагами Кремля", — отмечает Устенко.

По словам же Жолудя, существует продукция, заменить которую россиянам будет непросто. "Речь, в первую очередь, идет о продукции машиностроения. Народнохозяйственный комплекс в СССР строился как единое целое – без дублирования функций. То есть какой-то один агрегат делал только один завод", — сказал он.

Сегодня по крайней мере три отрасли — авиация, судостроение, а также военное машиностроение России без наших комплектующих могут пострадать очень существенно.

"Но при этом Москва может пойти на этот шаг, — уверен Устенко. — Да, им будет тяжело, но если дело касается не экономической целесообразности, а политической позиции, то подобное решение может быть принято".

Как следствие, в Украине будут остановлены очередные заводы, работающие на рынок РФ. "Уже сегодня от действий РФ пострадали "Южмаш", "Мотор-Сич", "Заря-машпроект", выпускающие не только военную продукцию, но и товары двойного предназначения, — говорит Виктор Суслов.

Опасность такой ситуации заключается не только в падении экономики и ударе по ВВП, но и в социальных проблемах.

"Следует ожидать увеличения безработицы и социального напряжения в обществе. А если учесть, что большинство машиностроительных заводов находится на востоке Украины, то эта ситуация может стать нелегким испытанием для власти", — считает Олег Устенко.

Проблемы в нашем обществе спецслужбы страны-агрессора умело превращают в очередные очаги напряжения. Но эксперты при этом утверждают: свои проблемы чиновники создали собственными руками.

"Позиция украинской власти не совсем понятна, нет четкой позиции: мы торгуем с агрессором или нет? Политики говорят, что так делать категорически нельзя, а мы тем временем через ВТО пытаемся повлиять на Россию, которая отказывается покупать наши вагоны и стрелочные переводы. Более того, Украина даже не вышла из Большого договора о дружбе между Украиной и Россией, который гарантировал нам, кстати, территориальную целостность и был грубо нарушен. Внешняя политика не четкая: много пропаганды, но мало профессионализма, — отмечает Суслов. — И если мы продаем в Россию железнодорожные вагоны, то должны понимать: в них можно возить зерно, а можно и оружие".

У Кабмина, возглавляемого Арсением Яценюком, нет четкого ответа на важные вопрос: куда, на какие рынки и каким образом будут перенаправлены те 12,5% украинского экспорта, которые по итогам 9 месяцев 2015 года ушли в РФ? При этом первые лица страны без уточнения деталей намекают: рынок России нам заменит Европа. В качестве аргумента — опыт Грузии, которая сумела быстро переориентироваться с российского рынка на европейский.

Аналитики единодушны: автоматического повторения грузинского сценария в Украине не будет.

"Москва запретила Грузии продажу вина и минеральной воды, — напоминает Олег Устенко. — Что касается Украины, то это был бы самый желанный сценарий. Не стоит также забывать, что украинская экономика в десятки раз крупнее грузинской".

По мнению Александра Жолудя, переориентация экспорта — задача не одного дня. "Ведь мгновенно занять рынки невозможно: в разных странах существуют разные стандарты и т.д. Причем, этот процесс может длиться длительное время. Например, у стран Центральной и Восточной Европы на этот путь ушло 20 лет", — подчеркивает эксперт.

Но главная интрига украинских экономических реалий — не сколько будет длиться процесс переориентации нашего экспорта на рынки Европы, а в том, будет ли он происходить вообще? Потому что сегодня мы движемся в прямо противоположную сторону.

"Экспорт украинских товаров в страны ЕС за последний год упал почти на 30%. Несмотря на то, что в это время действовал льготный период для украинских экспортеров. Я считаю, что это катастрофа, умышленный срыв евроинтеграции. И Кабмин, кстати, ни разу не ответил: а почему так случилось? — говорит Виктор Суслов. — Ну а падение торговли одновременно с Востоком и Западом и привело Украину к тем экономическим результатам, которые мы получили в нынешнем году: падение промпроизводства на 20%, снижение ВВП на 12%, инфляция 50%".

По его данным, потеря рынка сбыта для машиностроительной отрасли "подарит" $5 млрд убытка.

Европа четко заявила, что не собирается помогать Украине из-за эмбарго России. Впрочем, она и не должна этого делать. Мы должны привлекать инвесторов, а для этого надо улучшать инвестиционный климат, реально бороться с коррупцией, проводить реформы, в том числе и в налогообложении.

Читайте все новости по теме "Борьба с коррупцией в Украине" на Обозревателе.

Присоединяйтесь к группе "УкрОбоз" на Facebook, читайте свежие новости!

Наши блоги