Отцы гривни

Отцы гривни

Второго сентября – пятнадцатилетие денежной реформы страны. Через пять лет после провозглашения независимости Украина получила один из главных государственных атрибутов, юридически и фактически подтверждающий ее экономический суверенитет. Как руководителю отдела экономики одной из ведущих газет, мне довелось напрямую общаться с инициаторами денежной реформы - вице-премьером Виктором Пинзеныком и главой правления Нацбанка Виктором Ющенко, быть свидетелем экономических споров правительственных мужей об условиях и форме проведения одной из болезненных реформ того времени. Журналистские блокноты, диктофонные записи, публикации, да и собственные впечатления хранят немало любопытного о событиях того времени.

Видео дня

Почему перешли на купонокарбованец?

Собственно, денежная реформа проходила с 2 по 16 сентября 1996 г. И это был ее второй этап. Первый завершился подписанием 7 ноября 1992 года Указа президента «О реформе денежной системы Украины», когда рубль прекратил свое хождение на территории Украины, а купонокарбованец ввели и в сферу безналичного обращения, дав ему статус временной национальной валюты.

Еще раньше, 10 января 1992 г., в наличное обращение страны были введены купоны многоразового использования. Наличная денежная масса оказалась остродефицитной, так как произошло почти десятикратное повышение цен и в России, и в Украине, а из Центробанка России с сентября 1991 г. не поступала рублевая масса.

К лету обозначилось противоречие: наличное обращение оказалось «купонизированным», а безналичное – монополизированным: все взаиморасчеты в рублевой зоне по решению правительства Российской Федерации проходили только через расчетно-корреспондентский центр в Центробанке РФ. Стоимость рубля в разных странах оказалась различной, что фактически привело к распаду рублевой зоны. Инициатором этого процесса стала Россия, а не Украина, вынужденно введя купоны. Именно в то время Украине благоприятно было вводить купон в безналичное обращение и устанавливать его официальный курс к российскому рублю. Однако промедление привело к раздвоению валютного курса купона в наличном и безналичном обращении и массовому «побегу» безналичных капиталов из Украины в Россию. Так появился ноябрьский Указ…

Кого считать отцом «денежной революции»?

Любопытства ради год назад я опросил с десяток студентов-выпускников Киевского национального экономического университета им. В. Гетьмана о том, кого они считают прародителем денежной реформы. Почти 90% ответили, что Ющенко. И только один назвал: президент Кучма.

Реформа, действительно, проводилась по распоряжению тогдашнего главы государства Леонида Кучмы. Главным режиссером-исполнителем «денежного действа» был Ющенко, на то время глава правления Нацбанка. Виктор Андреевич неоднократно публично заявлял, тому не раз был свидетелем, о необходимости иметь свою стабильную национальную денежную единицу. Именно его патриотическая инициатива, растиражированная во время руководства Нацбанком, а в дальнейшем - в годы президентства, «приклеила» ему устойчивый ярлык «отца гривни».

Да, действительно и Ющенко, и его предшественник на посту главы НБУ Вадим Гетьман ратовали за «гривневый статус» Украины. Но для этого необходимы были хотя бы минимальные экономические условия – не гиперинфляция и не галопирующая, а хотя бы ползущая, то есть не более 2-3% в месяц. В 1992 г., напомню, инфляционный показатель достиг 2000% в год, в 1993г. – более 10000%. (Кстати, многие наши экономисты и политики, вспоминая эти времена, любят называть его рекордным мировым показателем. Но это не соответствует действительности. Непревзойденным «рекордсменом» в Европе является рейхсмарка – с 1913г. по 1923г. ее покупательная способность снизилась в 1 трлн раз). В 1994 г. рост цен в Украине составил чуть более 400%, в 1995 – более 180%. По прогнозам, именно 1996 год должен был стать переломным, инфляция планировалась в пределах 30-40%, и в итоге составила 39,7%.

Да, Ющенко было нелегко отбиваться от депутатов и членов правительства, спасавших отрасли и предприятия экономически необоснованной кредитной эмиссией. Да, ему приходилось сдерживать натиски из-за введения фиксированного курса и испытывать всевозможные перепоны в виде закрытия валютной биржи. Но Ющенко ради гривни ничем не пожертвовал – ни репутацией, ни должностным креслом.

Ради гривни пошел по-настоящему «на амбразуру», считаю, тогдашний вице-премьер Виктор Пинзенык. Он - единственный из членов правительства в августе 1993-го открыто заявил о своем несогласии с консервативной политикой, проводимой Кабинетом министров, и ушел в отставку. Отказом от должности он выразил протест против введения фиксированного курса с обязательной продажей по нему 50%-ной валютной выручки экспортерами. И сказал о необходимости проведения денежной реформы. «Второе пришествие» к власти в ноябре 1994-го Виктор Михайлович использовал для обеспечения финансовой стабилизации и подготовки для проведения денежной реформы – как радикальному инструменту дальнейшей санации экономики.

В этом он нашел поддержку со стороны Национального банка в лице его тогдашнего председателя правления Виктора Ющенко.

…После одного из интервью с ним, помнится, Виктор Андреевич демонстрировал принесенные директором Банкнотно-монетного двора НБУ – Анатолием Дорофеевичем Крышанем - эскизы будущей гривни. И тут же, в нашем присутствии, как заправский мастер-художник, дорисовывал элементы и определял масштабы пропорций на купюрах с изображением исторических персонажей.

Так что исторической справедливости ради было бы, думаю, правильным считать отцом денежной реформы Виктора Пинзеныка, а отцом гривни – Ющенко.

Почему назвали гривней?

Споров, как называть денежную единицу независимой Украины тогда уже практически не было. Все знали: это будет гривня.

Во-первых, Центральная Рада еще 1 марта 1918 г. объявила о введении в обращении денежной единицы под таким названием. Во-вторых, «гривнч» – это слиток серебра, служивший денежной и весовой единицей в Древней Руси. Поэтому украинская гривня должна была символизировать преемственность «старины глубокой» и реинкарнировать финансово-политическую независимость Украины времен М. Грушевского.

Пребывающие в меньшинстве оппоненты, правда, предлагали оставить название «карбованець». Но им напоминали, что таким образом сохраняется денежно-идеологическое наследие Советской Украины. К тому же УНР еще в декабре 1918-го провозгласил «карбованець» официальным средством платежа. Однако за пару месяцев рынок был наводнен фальшивыми купюрами, что и заставило Центральную Раду объявить о переходе к гривне.

В 1996-ом гривня победила безоговорочно, как идеологически «незапятнанная» и не дискредитированная фальшивомонетчиками денежная единица.

Кто и когда определил сроки денежной реформы?

Следует признать, что подготовительный период введения гривни не мог пройти незамеченным. Уже после первого квартала 1996-го среди правительственных мужей, финансистов и банкиров поговаривали о проведении денежной реформы. В СМИ тиражировались версии – это, скорее всего, сделают ко Дню Независимости. Причем, реформа-де будет неконфискационной. Мол, таким образом, правительство сделает подарок , как говорили в советские времена, к знаменательной дате, и избавит людей от унизительных ярлыков «бумажных миллионеров».

Простой работяга, кстати, имел зарплату тогда в десятки миллионов купонокарбованцев, для получения которых порой (если купюры были номиналом один или два «купончика») необходимо было брать объемный пакет или сумку.

Но реформа началась 2 сентября. Глава НБУ Виктор Ющенко в своем обращении так обозначил цель нововведения: «Замена временной денежной единицы – украинского купонокарбованца - на настоящую национальную валюту, гривню, изменение масштаба цен, создание стабильной денежной системы и трансформация денег в важный стимулирующий фактор экономического и социального развития». Все. Ни о чем ином речь больше не шла.

Долгим спорам о том, что лучше – сначала стабилизация экономики, потом денежная реформа или наоборот – был положен конец. В Кабмине выбрали второй вариант. Это было объяснимо: именно реформа создавала предпосылки для финансовой стабилизации. Но почему сентябрь?

13 сентября 1996 г. интервьюируя вице-премьера Виктора Пинзеныка, я задал этот вопрос: «Почему именно начало сентября выбрано для начала денежной реформы?» – «Последние три месяца был очень низкий уровень инфляции – 32,2% за восемь месяцев. Такой ситуации в Украине в последние годы никогда не было. Не использовать этот шанс было бы недопустимо. Потому что, если бы инфляция выросла до 6-8% в месяц – это уже с самого начала означало бы угрозу гривне».

Как избавлялись от купонокарбованцев?

Украинская денежная реформа имела, по мировым канонам, ряд общих, свойственных многим странам, характеристик. Она была формальной реформой (вводятся новые купюры с постепенным вытеснением старых), параллельного типа (допускалось одновременное денежное обращение в двухнедельный период купонокарбованца и гривни), к тому же неконфискационной по сути.

Кстати, последняя из памятных нам по советским временам – реформа Павлова с заменой купюр номиналом 50 и 100 рублей – имела классическое формальное проявление. В 1992 и 1993 гг. к подобной процедуре прибегла и Россия, а в 1996 г. - и США, приступив к обновлению своего стодолларового «фонда».

Реформа 15-летней давности вынужденно избрала «нулевой вариант»: объявив масштаб цен при обмене 100 000 : 1, правительство одновременно проводило и деноминацию – «зачеркивание нулей». (Наши родители и прародители хорошо помнят 1961 год, когда в течение двух месяцев меняли советские рубли в соотношении 10:1. Причем, без ограничений!).

Но украинская реформа 1996 г. носила запретительно-регламентирующее предписание – менять в одни руки не более 100 млн крб. Однако это требование было скорее формальным. По инструкции НБУ, ни паспорта, ни другого документа, удостоверяющего личность гражданина, предъявлять не требовалось. Как и не проставлялись никакие отметки в документах граждан. Если у кого-то имелось «лишние» 100 и более миллионов, то он мог положить их в банк на любой из видов вкладов.

Занятые в сфере производства, работники учреждений, студенты могли обменять карбованцы на гривни по месту работы или учебы. Пенсионеры – получить гривню в отделениях связи или банковских учреждениях. Неработающие, несовершеннолетние, приезжие, иностранцы и т. д. могли пользоваться услугами пунктов обмена уполномоченных коммерческих банков.

Столь мягкое неконфискационное проведение реформы, думаю, объясняется очень просто – конфискация сбережений по сути произошла во время замораживания денег в 1991 г. в злополучном Сбербанке советских времен. Вот почему, наверное, реформа не вызвала у широких слоев населения ни чрезмерного оптимизма, ни повышенного страха или опасений.

Денежная реформа 1996 г. имела скорее силу политическую, нежели экономическую. И стала актом политического действа в затянувшейся финансовой драме после бракоразводного процесса на постсоветском пространстве.

«Сто миллионов себе на похороны, сто – дочке, а сто – на жизнь»

Остались в памяти и чисто обывательские детали. В последние дни реформы некоторые уличные лоточники овощных магазинов, вопреки правительственному указанию, карбованцы не принимали. На мой вопрос отвечали: такова воля руководства. После общения с последними выяснил: они опасались не успеть обменять кассовую выручку в банке.

Не было ажиотажа и в магазинах. «Отоварившись» гривней во время зарплат, народ не повалил валом в магазины за товарами длительного пользования: тогда было не до жиру - быть бы живу на весьма умеренном, если не сказать скудном, продуктовом пайке тех лет.

Но самым памятным оказался такой случай. В отделении "Сбербанка" на Оболони впереди меня стояла ветхого вида старушка. На глазах у немногочисленной очереди она старательно извлекала из продуктовой авоськи перетянутые резиночкой пачки купюр. Их оказалось на 320 млн крб. Кассирша посмотрела на выросшую гору купюр и, оценив ее «высоту», запротестовала: «Бабуля, разрешают менять только сто миллионов». – «А мне по радиво сказали, что обмен не ограничен».

Наткнувшись на сопротивление, старушка перешла сначала к просьбам, а потом – в наступление: «Вы бы лучше обменяли, чтобы хоть пенсию людям вовремя платили». – «А вы что, на пенсиях насобирали такую сумму?». – поинтересовался один из нетерпеливых граждан из очереди. - «Работать надо, а не на пенсию надеяться, молодой человек, - назидательно сказала бабуля и раскрыла тайну обмена денег: - Думала, сто миллионов себе на похороны, сто – дочке, а сто – на жизнь. А здесь – не принимают». Кто-то из очереди бросил: «А что, бабуля, на сто миллионов жить собираетесь?» - «Да как Бог даст, я уже от этих реформ устала».

«Вот тебе, бабушка, и Ющенков день» - подумал я, помнится, и на следующий день отправился на интервью к главе Нацбанка. Цель общения была продиктована одним: как быть тем, кто припас на черный (а может, и на светлый день), находится в длительной командировке или в местах не столь отдаленных, имеет при этом многомиллионную заначку в укромном месте, а в указанные сроки обмена не поспевает?

«Предполагаю, однако, что нам придется дать больше времени отдельным гражданам, которые в силу разных причин не смогли обменять свои купонокарбованцы, - твердо пообещал Виктор Андреевич. – Для этого мы подготовим постановление, которое, надеюсь, поступит в наши региональные управления уже на следующей неделе. В нем будет дано право проводить такой обмен на местах и после установленных сроков».

И вдобавок попросил: вы, мол, успокойте людей через прессу, что Национальный банк никого не в обиду не даст и никто не пострадает.

Я так и сделал. Для убедительности в публикации вспомнил случай с американцем, у которого в 60-х обнаружилась солидная «заначка» в зеленых 1930 года выпуска. Они были изъяты из обращения, и ни один банк Америки их не принимал. Но когда он обратился в Федеральную резервную систему, там ему обменяли старые купюры без проволочек на банкноты нового образца и поблагодарили за уважительное отношение к символу государственного могущества.