"Несколько увлеклись импортозамещением": немецкий экономист назвал причины кризиса в России

3.6т

Михаэль Хармс восемь лет руководил Германо-российской внешнеторговой палатой в Москве. В 2016 году он возглавил Восточный комитет немецкой экономики, который представляет интересы немецких инвесторов, в частности, в России и в Украине.

В интервью DW Хармс рассказал о том, как разумно применять политику импортозамещения, следует ли Украине ориентироваться только на рынок ЕС и начнут ли западные банки выдавать в России кредиты в случае отмены финансовых санкций.

- Господин Хармс, в 2011 году вы заявили, что 70 процентов немецких фирм, которые работают на российском рынке, не заметили в России никакой модернизации. Можно ли утверждать, что именно отказ от модернизации стал главной причиной нынешнего глубокого экономического кризиса в России?

- Мне кажется, что отказ от модернизации - это слишком сильно сказано. Ведь на официальном уровне российское руководство заявляло и продолжает заявлять о необходимости модернизации, диверсификации, улучшения инвестиционного климата, сокращения зависимости от нефтяного сектора. Однако фактически по всем этим направлениям сделано слишком мало - это подтверждают все опросы, которые мы проводили среди представителей немецкого бизнеса.

- Тем не менее, экономическая концепция несколько изменилась. Может, набор слов остался прежним, но появилась еще одна фраза, а именно - об опоре на собственные силы. То есть, Россия становится эдакой экономикой чучхе. Как вы оцениваете такую смену приоритетов?

- Мне кажется, это неправильная концепция, но я бы не сравнивал это с экономикой чучхе. Назовем это политикой импортозамещения. Россия, как и любая страна в мире, стремится продавать не только сырье, но и производить технологически более сложную продукцию. Это абсолютно правильно. Но делать это надо умно и в тех сферах, где это действительно имеет смысл.

В России же несколько увлеклись повальной теорией импортозамещения: там пытаются заместить всё и вся и в основном - административными мерами. Это неразумно. Российской экономике нужно найти свое место в международной цепочке разделения труда. А для этого следует трезво оценить, где есть смысл опираться на собственные силы, а где - нет.

- То есть, по сути, в России не понимают, что нет смысла производить все самостоятельно?

- Ну, это слишком сильно сказано. Большинство российских либеральных экономистов, в том числе и министр экономики Улюкаев, не устают повторять, что такая задача не стоит. Но когда государство объявляет такой приоритет, многие люди бегут впереди паровоза и пытаются это делать слишком усердно. А это вредит интересам самой России.

- Давайте вернемся к моему первому вопросу. Чем был вызван нынешний экономический кризис в России?

- Причина кризиса в России в первую очередь связана с падением цен на нефть. Страна слишком зависит от экспорта углеводородов, и это хорошо понимают и в российском руководстве. Однако чтобы снизить эту зависимость, сделано слишком мало.

- Насколько серьезным оказалось влияние на российскую экономику санкций и контрсанкций?

- Бизнесу санкции, конечно, не нравятся. Но для большинства фирм влияние санкций было незначительным. Сильнее всего влияют финансовые санкции, потому что они касаются почти на всех. Все остальные - отраслевые санкции, нефтяные, технологии двойного назначения – затрагивают лишь ограниченное число предприятий. Поэтому мне кажется, что искать причины экономического кризиса в России в санкциях неправильно.

- Если представить себе, что в июне ЕС примет решение о снятии санкций, каким будет краткосрочный экономический эффект?

- Во-первых, я не думаю, что в июне санкции будут сняты. Но даже если бы это произошло, краткосрочный экономический эффект был бы сильно ограниченным, потому что причины кризиса, как я уже говорил, в другом. И даже если бы отменили финансовые санкции, не следует ожидать, что западные банки начнут массово выдавать кредиты в России, потому что есть очень много других факторов, которые этому препятствуют.

- Какие?

- Очень жесткое регулирование правил работы банков на Западе. Чисто экономические риски, репутационные риски, отсутствие рентабельных проектов, волатильная ситуация.

- Какие последние решения Владимира Путина в экономической политике вы считаете верными?

- Самое правильное решение - это то, что, в общем и целом, либеральная экономическая политика сохранилась. Путин не послушал своего советника Сергея Глазьева - не ограничил хождение доллара, не ввел ограничения на движение капитала, не осуществил массовую денежную эмиссию. А ведь эти предложения очень серьезно озвучивались.

Второе: на официальном уровне всегда подчеркивалось, Россия хочет быть интегрированной в мировую экономику. И, несмотря на политику импортозамещения, правительство предпринимает немало усилий, чтобы привлекать иностранных инвесторов, создавать для них хорошие условия.

- В своей недавней статье для журнала "Forbes" предприниматель Михаил Фридман написал, что нужно создавать равные правила игры для всех. В качестве негативного примера он привел Китай, где нормальные правила игры есть только для крупных иностранных компаний. Можно ли сказать, что иностранным компаниям в России подчас проще работать, чем российским?

- Если бы вы задали мне этот вопрос два года тому назад, я бы это, наверное, ответил утвердительно. Сегодня ситуация изменилась. Да, иностранным компаниям нормально работается в России, коррупционные риски у них не очень большие, как правило, есть выход на какие-то политические круги, можно добиться соблюдения каких-то правил.

Но в то же время, мы - инвесторы - ощущаем на себе принятый российским руководством курс на импортозамещение, на поддержку локальных производителей. То есть правила игры уже не совсем равные.

Политика импортозамещения, на самом деле, должна быть не политикой, а экономическими мерами. Она должна применяться не в качестве наказания, а как набор стимулов, которые мотивируют компании размещать производство в стране.

- Есть ли немецкие компании, которые реально пострадали от политики импортозамещения?

- Такие фирмы есть, например, в медицинском секторе. Во всей сфере государственных закупок было запрещено закупать какую-либо иностранную технику. Мы также видим сильные протекционистсткие тенденции в фармацевтике, в сфере сельхозмашиностроения. К сожалению, эти тенденции усиливаются, и мы пытаемся убедить российское руководство, что это неправильный путь. Нужны равноправные условия для всех.

- Если сравнить условия ведения бизнеса в России и Украине, то где ситуация лучше и почему?

- В целом такие институты как таможня, налоговая служба, инспекции в России работают лучше, с более прозрачными правилами. В Украине в этом плане стабильности меньше, решения зачастую принимаются неожиданные.

- Тем не менее, немецкий бизнес идет в Украину?

- Немецкий бизнес активно шел в Украину до начала конфликта. Это по-прежнему большой интересный рынок, но Украина интересна немецкому бизнесу, в том числе, и как мост в Россию. И я думаю, что Украина должна на каком-то этапе опять стать таким мостом, работать и с российским рынком, и с европейским. Однозначная ориентация только на Европу - это не совсем правильная экономическая политика.

Видеоверсия интервью:

Читайте все новости по теме "Санкции против России" на Обозревателе.

Присоединяйтесь к группе "УкрОбоз" на Facebook, читайте свежие новости!

Наши блоги

Последние новости