Топ-темы:

Военные до последнего отказывались от "Молота" - волонтер о проблемах рокового "миномета Пашинского"

91,6 т.
Военные до последнего отказывались от 'Молота' - волонтер о проблемах рокового 'миномета Пашинского'

Взрыв на полигоне в Ривне, когда погибли трое военных из 128-й бригады, снова заставил говорить о проблемах с украинскими минометами "Молот". Именно это орудие разорвалось во время учений.

Одной из первых, кто сообщил, что украинские воины вновь стали жертвой "Молота", была координатор "Медийной инициативы за права человека" Ольга Решетилова. Подробнее о проблемах с этим оружием - в интервью OBOZREVATEL.

- Ольга, вы давно занимаетесь темой минометов "Молот". Почему?

- С 2014 года я была волонтером, координатором фонда "Повернись живим". Много работала с военнослужащими, в том числе и с военными 57-й бригады 34 батальона, где и случился первый разрыв "Молота". Это было в июле 2016 года, тогда погибло два человека.

Миномет "Молот"

Миномет "Молот" 24 канал

Еще до этой трагедии поступали жалобы на качество "Молота". Помню, что за неделю или две до первого взрыва морпехи опубликовали анализ недостатков нового миномета. А через несколько месяцев произошел второй разрыв, уже в "Айдаре", потом случился в 72 бригаде. Я выезжала на место, разговаривала с минометчиками, мы осматривали "Молоты", я своими глазами видела деформированные стволы.

Еще в 2016 году очень много об этом писала в соцсети, сын Пашинского тогда мне присылал сообщения, что я неправа, что я просто наезжаю на его отца. Но "Молоты" продолжали разрываться. Правда, ради справедливости нужно отметить, что были и случаи разрывов "Саней" - старые советские минометы 2Б11. Например, в 92-й бригаде в ноябре 2016 года.

Ольга Решитилова

Ольга Решитилова Facebook

Бригада до последнего отказывалась принимать "Молоты" на вооружение, но после разрыва "Саней" у них не осталось аргументов. Уже в 2017 году мне несколько командиров сказали, мол, Оль, ну уже у всех "Молоты", "Саней" почти не осталось, ничего не поделаешь. И я не стала заканчивать расследование. А после взрыва на полигоне в Ривне, когда погибло трое военных, мне снова начали писать артиллеристы. Изначально же хотели скрыть, в первые часы после трагедии говорили, что взорвался миномет "Василек". Но скрыть не удалось.

- Вы общались с ранеными в Ривне, что они говорят?

- Да. Раненые утверждают, что это не было двойное заряжение. Один из выживших говорил, что видел, как вылетела первая мина. После этого командир батареи проверил стволы с фонариком. А командир воевал с 2014 года, у них уже до автоматизма доведено после каждого выстрела проверить ствол. И потом был дан приказ "заряжай" и раздался взрыв.

Осталось много вопросов к взрыву в Ривне. Например, там не нашли хвостовик от мины, а для экспертизы он очень важен. А если бы было двойное заряжение, то хвостовиков должно быть два, где они? Что касается предохранителя, во всех случаях разрывов, которые мне известны, он остается прикрученным к куску ствола. А тут он лежал отдельно метров за сто. Вопросы для экспертов есть.

- Что сейчас пытаются скрыть в этой истории?

- Завод "Маяк", который производит "Молот" и Минобороны пытались скрыть, что этот ствол уже был деформирован, он был на ремонте. А это важно. Такая же история была в 72-й бригаде. У них был "Молот", в ствол которого мина не влезала. Отправили его на ремонт, получили новый ствол и через две недели он разорвался. Нужна международная независимая экспертиза, чтобы изучить все эти случаи. Хотя и у нас есть специалисты.Нужно снять все вопросы. Если виноват не ствол, тогда вопрос к взрывателям, к минам, к подготовке минометчиков. За все есть конкретные ответственные люди.

Я не хочу разгонять зраду, но если наши военные погибают от нашего же оружия, то надо что-то делать. И как минимум - разобраться. Но не так как это делает нардеп Пашинский и замминистра обороны Игорь Павловский, которые превращают следственный эксперимент в фарс. Приглашают на эксперимент депутатов и журналистов. Эксперимент проводила военная прокуратура, в КПК четко указано, кто может присутствовать: следователи, эксперты, стороны процесса. Есть много вопросов к чистоте этого эксперимента. Почему военные оказываются на месте взрыва раньше понятых, например.

- В чем интерес Пашинского?

- Пашинский лоббировал "Молоты" еще когда был главой набсовета концерна "Укроборонпром". Завод "Маяк" входит в концерн. А сами стволы к минометам изготавливались на Старокраматорском машиностроительном заводе, который принадлежит депутату от БПП Максиму Ефимову. Этот завод ранее не имел опыта выполнения оборонных заказов, это их первый опыт. А заготовки делались на Сумском заводе.

Сергей Пашинский

Сергей Пашинский УН

Вопрос может и не в марке стали, а в соблюдении технологии производства. Чтобы это выяснить, нужна комплексная экспертиза. Они должны открыть всю документацию. Пока что это государственная тайна. Хотя в чем там тайна, если они сами говорили, что "Молот" - это калька миномета "Сани" 2Б11. Если бы не было таинственности вокруг это истории, если бы не превращали все в фарс, то и вопросов было бы меньше. Раз скрывают, то у нас возникает пространство для сомнений, а у них для манипуляций.

- Есть ли у армии альтернатива "Молоту"?

- Во-первых, 120 калибр сейчас по Минским договоренностям запрещен. Поэтому есть проблема по предоставлению информации о подрывах "Молота" в ходе боевых действий. Официально мы не можем говорить об их использовании.

Но что касается альтернативы именно 120-му калибру, то на первое время, пока не будут куплены или произведены новые минометы, - это "Сани". Они изношены, есть с ними проблемы, но среди них было достаточное количество минометов, которые, в принципе, стреляли не хуже новых "Молотов". Это надежное оружие с советских времен.

"Молот" от малейшей влаги начинает покрываться коррозией и его сложно чистить. Завод"Маяк" предлагает его чистить мыльным раствором. Как зимой при температуре -20 градусов чистить ствол мыльным раствором? Тазик с водой взять и на морозе чистить. Вообще миномет чистится керосином, но керосин в войска поставляется в ограниченном количестве, до минометных батарей не доходит или доходит чуть-чуть.

Также есть миномет "Василек", но он 82-милиметрового калибра, тоже старый советский миномет. Пару лет назад "Укроборонпром" презентовал альтернативу ему - миномет "Верба". Но "Василек" так не торопятся менять, как "Сани". При мне были случаи, когда командирам звонили высокие чины из Минобороны и настоятельно рекомендовали быстрее сдать "Сани". Но некоторые подразделения от них отказались. Например, 28-я бригада, они сейчас до сих пор воюют на 2Б11. Или 46-й батальон. А 503 батальон, это морская пехота, наоборот, не против поменять"Сани", которые у них очень изношены, на "Молот".

- Что военные говорят о "Молотах" сейчас?

- Однозначного отношения военных к "Молотам" нет. У меня были ситуации, когда командиры в 2016 году уверяли, что "Молот" - это нормальное оружие, а уже в 2017-18 годах они говорили: "Оля, все-таки это плохой миномет". Потому что после минимального настрела начинаются проблемы со стволом.

- В чем заинтересованность Минобороны?

Минобороны пишет техническое задание конструкторскому бюро. Потом проводит испытания, потом принимает оружие. Везде стоят подписи должностных лиц Минобороны, без их участия это невозможно. Просто сейчас они прикрывают свое одно место. Даже если проблема не со стволом, а с боеприпасом или вышибным зарядом, то это тоже ответственность Минобороны. А если причина в качестве подготовки военных, то это уже не их зона ответственности, а Генштаба. А между Минобороны и Генштабом и без того латентный конфликт. И в таких условиях у нас страна должна воевать. Два года мы не можем выяснить, в чем проблема. А в итоге виноват командир минометного расчета, который погиб.

- Сколько случаев разрыва "Молота" было по вашим данным и сколько человек погибло?

- У меня нет официальной информации, по моим данным, погибло 18 человек от разрыва именно "Молота". В табличка, которую опубликовало Минобороны по просьбе Пашинского, числится 8 разрывов "Молота" и 4 - "Сани", почти соответствует действительности. Насколько я понимаю, в нее не внесли два разрыва. Их списали на боевые действия. Например, таже история в Авдеевке. У "Молота" деформировался ствол. Военные его сдали и привезли другой, и тот другой у них взорвался.

На последнем заседании комитета по нацбезопасности нам рассказывали, "Молот" тогда разорвало в результате, обстрела, якобы в него попал снаряд противника. Но я-то общалась с единственным выжившим военным из расчета,приезжала к нему в госпиталь. Он не не подтверждает версию, что прилетел снаряд. Даже по расследованию прокуратуры в данном случае нештатное срабатывание взрывателя, а никак не снаряд противника. Но на комитете зачем-то манипулируют фактами.

- Как, по вашему мнению, можно решать подобные проблемы в армии?

- Дело в том, что у нас военнослужащие - самая незащищенная категория населения. Потому что они зависят от субординации, военной вертикали и не могут защитить свои права. В итоге все проблемы с правами военнослужащих падают на волонтеров, журналистов, активистам. Военным просто больше некуда обратиться. Для этого в Украине должен быть создан институт военного омбудсмена. То есть человек, который бы в таких ситуациях имел право на свое собственное расследование, имел штат юристов, которые бы в этом разбирались.

А у нас в ВСУ, МВД, СБУ, у пограничников – у них катастрофа с коммуникациями внешними и внутренними. Из-за этого любая проблема раздувается до размеров скандала. Как было с морпехами, например, когда они отказались менять береты. И все это бьет по имиджу ВСУ, ссорит людей. Должен быть независимый человек и находиться он должен не в системе Вооруженных сил, но иметь достаточно полномочий, авторитета и доверия военнослужащих. И ситуация с "Молотом" показала, что такой человек очень бы помог. А сейчас в этом разбираются только журналисты, но они не решают проблемы, а всего лишь не дают о ней забыть.

Поделиться в Facebook