Увеличить шрифт

1

2

3

Читайте также »

	»Почему Тимошенко обязательно «доест» Балогу?
	»Как Васюник продавал израильтянам «героя Шухевича»
	»Кто подставил Тимошенко?
	»Русское слово
	»Умница-преемница...

Не пропустите »

	»Умер Савва Игнатьевич из "Покровских ворот"
	»Превью к матчу "Манчестер Юнайтед" - "Челси"
	»Собчак умер, лежа на даме - об этом все знают...

Скоротечность политической влиятельности – это своего рода традиция, черная метка большой украинской политики. Фаворитизм, который предполагает огромные полномочия, близость к телу, молниеносное решение любых проблем, хорошую плату за посредничество, но при этом гарантирует непродолжительность карьеры и чрезвычайно болезненное падение с пьедестала на дно - чрезвычайно распространен и популярен у нас. Фаворитами президентов в разное время были такие некогда глыбы, как Дмитрий Табачник, Александр Волков, Евгений Кушнарев, Виктор Медведчук, тот же Петр Порошенко, Александр Третьяков. И что случилось с публичными карьерами этих топ-политиков? Фаворит рано или поздно уступает место другому фавориту (обязательный закон политической борьбы) и быстро скатывается вниз по карьерным ступеням. А так как его преемник (в роли «первого визиря» при царе-президенте) прекрасно понимает всю опасность, которую представляет предшественник – оба ведь пользуются идентичными интриганскими приемами, – он старательно держит оппонента на огромном расстоянии от Папы. Фамилия папы при этом роли не играет. Все президенты у нас одинаковы. Следовательно, «фаворитские принципы управления страной», увы, продолжают действовать сегодня. И наверняка будут действовать завтра. На Банковой. На Грушевского. Не важно. Все зависит только от того, как Конституция (с исправления и дополнениями) ляжет.

Надо признать, что Виктор Балога (при всем скептицизме) оказался одним из самых ярких и мощных фаворитов. За все время существования независимой Украины. У Ющенко до Балоги вообще не было сильных фаворитов, способных организовать контригру и сохранить президента в качестве статусного игрока. Ющенко потому и казался на протяжении двух лет слабым, что постоянно делал ставку на слабых фаворитов – Александр Зинченко оказался чужаком в первой президентской команде и быстро сгорел. Олег Рыбачук - настолько ленив, что даже не понял, зачем он попал в должность главы Секретариата и откровенно сибаритствовал даже в рабочее время. Александр Третьяков, до сих пор недобрым словом вспоминающий Зинченко (который одной пресс-конференцией, разрушишил его паутину), слишком зависим от чужих мнений и слишком любит «шушукаться». Ющенко доверял Третьякову. Но Александр Юрьевич не в состоянии выстраивать длинные схемы и работать в качестве гос/менеджера. Работать, прежде всего, с кадрами, добиваясь скрупулезного выполнения распоряжений. Наконец, Петр Порошенко в какой-то момент в 2005 году и вовсе посчитал, что в стране именно он – первый после Бога. Президент же - всего лишь номинальная должность, которую занимает милейший друг Виктор Ющенко. «Президент – стратег. Реально же правит глава СНБО», - сообщал всем заинтересованным лицам в то время Петр Алексеевич. Кстати, слишком явное перетягивание одеяла на себя вынудило многих врагов (между собой) заключить временный союз и совместно атаковать первейшего фаворита. За считанные месяцы репутация Порошенко была полностью разрушена. Но что поразительно – Петр Алексеевич ничего не сделал, чтобы перехватить инициативу или хотя бы почистить собственную репутацию. И все-таки, первым реальным фаворитом Ющенко, который вернул президенту президентово, стал Балога. Хорошо это или плохо? Безусловно, плохо. Фаворитизм - всегда слишком субъективное явление, чтобы быть долгоиграющим и принципо/утверждающим, а потому в Украине каждый раз все начинается сначала. Впрочем, о фаворитизме мы как-нибудь поговорим отдельно. А пока – о Порошенко и его закате.

Парадокс Порошенко кроется в двух составляющих. Так, Петр Алексеевич имеет хорошее представление об имиджевой, репутационной составляющей политики, о важности своевременных «информационных войн», об эффективности компроматов, весьма красноречив и располагает существенными медийными возможностями. Но при этом имеет самую негативную репутацию без всякого движения к исправлению. И Порошенко игнорирует эту ситуацию. Вторая особенность аутсайдера – он неизбежно и скандально проигрывает всем своим оппонентам. Сегодня Петра Алексеевича вчистую переиграл Виктор Балога. Съел его с потрохами. Или все-таки «развел» как мальчика? Скорее, второе. Порошенко нынче ручной – ему пообещали должность. Высокую. Возможно, в Национальном банке. Возможно, вместо Стельмаха. И все это ради того, чтобы Петр Алексеевич окончательно ушел из публичной составляющей политики. И Порошенко поверил – хотя его уже не раз «кидали». Следовательно, до парламентских выборов и сразу после них экс-фаворит будет сидеть тихо и дрожать, ожидая хлебного назначения и боясь его (назначение) спугнуть. Он сам себя будет контролировать и продолжать терять… остатки своего влияния. Зачем кому-то нужен тихо сидящий на отшибе аутсайдер? Пока однажды утром он, наконец, не поймет, что его в очередной раз обманули. Старая добрая игра украинских политиков и менеджеров-государственников: «ради тактического выигрыша они готовы обещать любые стратегические преференции, но потом с легкостью отказываются от своих слов».

На самом деле, закат Порошенко - крайне печальное событие, которое резко сокращает перспективы выхода политики из тени. Петр Алексеевич, при всей неоднозначности его фигуры, действительно являлся интересным политическим игроком, который вполне мог продвигать жесткие либеральные установки и формировать полноценное политическое пространство. Порошенко – обучаем и не консервативен. Он умен, конкретен и хорошо подкован теоретически. Он современен и перспективен. Но часто пренебрегал своими плюсами, опускался до старых (фаворитских) принципов выстраивания отношений и рано или поздно настраивал против себя прочих игроков и общественное мнение. Почему? Базовых причин этого три, и все они завязаны на субъективных мотивациях. Порошенко – плоть от плоти дитя классической украинской политики. А, следовательно, во-первых, он пытался выстраивать больше теневые конструкции. Решать проблемы не публично, но кулуарно. Это, конечно, общепринято у нас, но в таком случае любой игрок зависит от собственного интриганского таланта, знания теневых законов и собственной команды исполнителей. Все элементы должны работать как часы. У Порошенко же со всем этим всегда имелись проблемы. Отсюда, во-вторых, явная переоценка своих возможностей. Проще говоря, Порошенко стал играть в Лиге чемпионов, не имея соответствующей команды и не зная ничего о возможностях своих оппонентов. Раз за разом проигрывал. Но ничему не учился. В-третьих, Порошенко пытался делать то, что никто в нашей политике не делает. Он всегда говорил о своих планах вслух. Преждевременно. Заранее. И тем самым позволял выстраивать против себя хорошие ловушки. И, наконец, самое важное – тщеславие, которое буквально перехлестывало через край.