Конечно, трудно было рассчитывать на то, что при определении очередных «ключевых персонажей» исполнительной власти, профессионализм и стратегическое мышление возобладают. Не то время и не то место. Слишком острой выглядит сегодня борьба за политическое лидерство, и слишком очевидными кажутся интересы крупнейших финансово-политических групп.

И все же! На этот раз торговый цинизм зашкаливал запредельно. Во-первых, министерские должности опять пошли в кормление особо ретивым и услужливым. Одно из наиболее интересных в этой связи назначений — командировка Иосифа Винского в Минтранс. Очень знаковое назначение. Минтранс вообще-то отличался именно тем, что отраслевыми министрами в последние годы становятся весьма специфические и весьма случайные (для отрасли) личности — Червоненко, Рудьковский, а теперь Винский. Каждый из этих персонажей имел в своей биографии несколько черных страничек. И каждый получал весьма лакомый Минтранс в качестве особой награды.

Во-вторых, Юрий Ехануров, привычно игравший в фальшивую принципиальность, таки выторговал себе хорошее кресло — в министерстве обороны. Накануне системной перестройки отрасли. И в тот самый момент, когда армия начинает избавляться от многомиллионных объектов. Есть о чем договариваться с потенциальными лоббистами.

Ехануров — совершенно немыслимый субъект. Часто делает неуместные заявления и почти всегда собственное «я» недвусмысленно ставит на первое место. И делает это, надо признать, откровенно и нагло. Совершенно не таясь. Если кто-то спросит, какую пользу Ехануров принесет в должности оборонного министра, ответ будет по-военному краток: никакой.

Но из-за Еханурова сильно обидели действительно талантливого управленца Анатолия Гриценко. Уже экс-министр пострадал явно незаслуженно — Гриценко, преодолевая инерционность армейского мышления, семимильными шагами реструктурировал отрасль и впервые (в Украине, разумеется) высказал более-менее осмысленную концепцию армейской реформы. Еще три-четыре года и украинская армия, возможно, приобрела бы, наконец, черты боеспособной структурной единицы.

А что сделает Ехануров? Рожденный ползать, летать не будет. Еханурову совершенно не дано быть менеджером. Он человек свиты. «Партия прикажет, я исполню». Не забывая собственный интерес.

Качество исполнения роли не играет. Таких как Ехануров в нынешней и прошлой правительственных командах всегда было много. Подавляющее большинство. Они кормились, кормятся и будут кормиться с должностей. Это ведь их жизненные и карьерные бонусы. Награды. Поощрения. Кабмин Тимошенко явно не лучше, нежели Кабмин Януковича.

Есть, правда, и весьма интригующие назначения. Иван Васюнык, бывший заместитель главы президентского Секретариата, неприметный, но искрометный старожил-интриган, таки выдавлен из «тихой секретариатской заводи» коллегами-оппонентами. От его интриг, видимо, устало уже все президентское окружение и потому Васюныку неформально предложили интриговать в окружении премьера Тимошенко. Роль Васюныка в нынешнем Кабмине — это роль Романа Безсмертного (где Вы, Роман Петрович?) в Кабмине Тимошенко образца 2005 года — сидеть с кислой миной на заседаниях, всегда выражать неудовольствие действиями шефини, высказывать свое «фе» очно и заочно, а также провоцировать внутренние конфликты. Справится ли Васюнык с новым партийным заданием?

Одним словом, ничего не изменилось. А потому все только начинается. Дележка кресел, предприятий и финансовых потоков. Бизнес-политический круговорот неистребим. И ничего ему помешать не может. Ни коррупционные скандалы, ни отсутствие дипломов у потенциальных министров, ни даже глобальные революции.

А ведь какой красивой сказка была! «Столетие назад» — в конце 2004 года — Великая (как тогда казалось!) Помаранчевая революция поспособствовала рождению двух взаимоисключающих «феноменов». С одной стороны, украинский народ жестко доказал, что он уже окончательно избавился от совковых (имперско-советских) ценностей и приобрел взамен ценности европейские (евроатлантические). Гуманизм, демократия, безусловное верховенство закона, неотъемлемые личные права человека, приоритет потребностей человека над потребностями общества и государства, настоящий общественный контроль над властью и т.д. Более того, в те несколько постпомаранчевых месяцев можно было говорить о том, что именно украинский этнос готов был встряхнуть старушку-Европу, которая медленно, но верно умирала в своих нигилистических и прочих постмодернистских переживаниях. Украина, судя по всему, имела неплохой шанс разбудить Европу и заставить ее отказаться от разрушительных самоедских традиций. Хорошо известно, что приток молодой крови неизбежно ускоряет выздоровление. Украина казалась тогда очень амбициозной и способной творить новую историю в европейском направлении. С высоты сегодняшних дней, тогдашние надежды выглядят нелепо и смешно. Украина оказалась импотентной державой. Вернее, ее новейшая (постпомаранчевая) бюрократия быстро приземлила страну и вернула в привычную убогую повседневщину.

Впрочем, имелся у Помаранчевой революции и другой феномен, который как раз и оказался долгоиграющим и быстро приводящим в чувство романтиков, оптимистов и прочих доброжелателей. На волне эпохальных преобразований коридоры власти заполнились тогда в основном двумя категориями новых служивых людей. Во-первых, это были комиссары. Синдром комиссарства, увы, оказался неистребим. Что это значит? Некомпетентность, чрезмерный апломб, истеричность. Комиссары, вне зависимости от времени появления во власти (1917, 1991, 2005 или 2007 гг.), не могут заниматься созидательной работой. Их предназначение — исследовать завалы прошлого и разрушать их. Безусловно, нам нужно было отречься от «государства Кучмы». Вопрос — в «цене» этого избавления.

Во-вторых, во власть пришли номенклатурные зубры с большим опытом административной работы, бюрократических интриг и кулуарных «боев за выживание». Эта группа сразу начала формировать новое «большое бюрократическое государство» с чрезмерными полномочиями. Основные задачи неискоренимой бюрократии хорошо описал в свое время Сирил Паркинсон. Бюрократ просто вынужден плодить себе подобных, чтобы имитировать бурную деятельность и получать соответствующее вознаграждение. Увы, именно эти две категории служащих и заполнили постепенно властные кабинеты. Вчера, сегодня и сделают это завтра. Что же мы получаем на выходе? Конфликт ценностей и конфликт мировоззрений — страна хочет прозрачности. Открытости и компетентности, бюрократия по-прежнему рассматривает власть как некую привилегию.

Банальный (даже не риторический) вопрос: почему на ключевые должности в государстве назначаются люди, которые, мягко говоря, не соответствуют? Все просто. С одной стороны, любой лидер любого современного политического клана (условные Ющенко, Тимошенко, Янукович) во время любой избирательной кампании дают четкие обещания своему окружению. Под эти обещания мобилизуются деньги, ресурсы и даже лояльность. А так как выборный процесс у нас перманентен (борьба за лидерство, напомним, пока не окончена), то обещания нужно обязательно выполнять. Даже если они глупые и поспешные. С другой стороны, у нас принято именно таким образом (только доверенным лицам в кормление как награду) комплектовать власть. К другим формам мы пока не привыкли.

фото CV Agent

А что нужно было сделать в декабре 2007 года (хотя бы сегодня)? Если кратко, то воспользоваться опытом великого антикоммуниста Пиночета и найти в Украине собственных «чикагских мальчиков». Или пригласить их из-за рубежа. На ключевые должности в государстве должны были назначаться не представители старых/новых политических группировок, не революционеры, а никому неизвестные профессиональные менеджеры. От 32 до 42 лет, имеющие за плечами обучение в двух-трех высших учебных заведениях. Западных. Свободно разговаривающие на двух-трех основных мировых языках. Уже работающие на топ-должностях в аудиторских или юридических компаниях с мировым именем. Таких нужно десять-пятнадцать человек. Нанимаем на четыре-пять лет. Положим им хороший (конкурентный) оклад. Поставим задачу. Человек отработал «от и до», записал в свое резюме еще одну супер-страничку, повысил собственную капитализацию на рынке управленческого труда и ушел обратно в транснациональную компанию. Его личное реноме стоит гораздо больше, чем сиюминутная взятка в несколько миллионов долларов. При министерствах (коих можно было бы сделать меньше) следовало организовать специальные комитеты. Министерство занимается текучкой, наведением порядка, чисткой авгиевых конюшен, сокращением бюрократизма в отрасли. Тогда как комитет готовит стратегическую программу развития отрасли. Никаких революционеров и никаких наград «за участие». Почему? Потому что новая команда должна сформулировать жизненные принципы нового государства, сократить бюрократию и перестроить всю админвертикаль. И кстати, вполне уместно было бы назначить, к примеру, руководителем того же Фонда госимущества также человека из Европы — чтобы незаангажированное, наемное лицо предложило некоррупционные механизмы приватизации, доприватизации, реприватизации и т.д.

Но… Юлия Владимировна, строго соблюдая порочную украинскую традицию, предпочла «чикагским мальчикам» неистовых революционеров и традиционных бюрократов. Видимо, сильно хочется бороться с коррупцией в собственных рядах и продолжать упорно топтаться на месте.