У Калашникова – приступ хитрости

Утром среды вся украинская общественность встревожилась известием о внезапном и тяжелом недуге нардепа Олега Калашникова. СМИ сообщили о его госпитализации в Феофанию с сердечным приступом.

Понятно, он теперь не сможет присутствовать на встрече руководства ПР с журналистами телеканала СТБ, намеченной сегодня на половину третьего. Покамест Янукович станет извиняться перед пострадавшими, Калашников будет отлеживаться на белоснежных простынях.

Все бы ничего, но в распоряжение «Обозревателя» попал занимательнейший документ, на основании которого «регионал», собственно, и был госпитализирован. Его подробнейшее изучение наводит на нехорошие мысли о том, что у Калашникова приступ не гипертонии, а хитрости. Причем действительно – в острейшей форме.

Вот ксерокопия справки, скрепленной двумя печатями – «поликлиники №1» и, собственно, Феофании, где ее «приняли к сведению».

Для начала обратим внимание на время выдачи документа – 12:30 18 июля. На проведение элементарного обследования, тем более, на оказание «первой медицинской помощи», которые тут упоминаются, необходимо некоторое время. То есть к эскулапам, как несложно посчитать, почтеннейший Олег Иванович обратился еще до полудня.

Но до полудня он находился в Раде и внешний вид его никаких опасений за состояние здоровья Калашникова не вызывал. Был он, как обычно, весел и румян, в чем автор сих строк, сама имела возможность удостовериться, встретив Олега Ивановича в кулуарах.

Если б ему «внезапно» (как утверждают помощники) поплохело, свидетелями этому, очевидно, должны были бы стать все присутствующие «под куполом».

(Многолетний опыт работы в Раде подсказывает: если тут кому-то делается дурно, об этом знают все). Но ничего такого не случилось, Калашников решил страдать в одиночестве: пленарное заседание закончилось еще до 12-ти, а после 12-ти он уже получил письменное подтверждение своей немощности.

Настораживает также стилистика, в которой сочинена калашниковская справка. Ни в одном приличном медицинском документе вам не напишут: «был госпитализирован в неврологическое отделение Феофании по поводу острого заболевания». «Феофания» - это в просторечии, а официально название медучреждения звучит куда сложнее. «По поводу острого заболевания» - вообще перл. Если медосмотр, как указано в бумаге, действительно проводился, то автор ее, наверняка утрудил бы себя формулированием хотя бы приблизительного диагноза. «Шаблонов», благо, хватает.

Еще и потому, что «острое» заболевание предполагает «хронику». Проблемы с сердцем, тем более у тех, кому «за 40» действительно могут иметь постоянный характер, но находиться в состоянии вялотекущего обострения – вряд ли, потому как это уже не жизнь, а смерть.

Вдобавок, смущает ранг гражданина, подписавшего уведомление. Это, ни много, ни мало, и.о. замглавврача по медчасти. Калашников, конечно, не обычный пациент, но и поликлиника №1 – не обычное заведение, ежедневно тут осматривают с десяток нардепов и замглавврача к каждому из них «по тревоге» не поднимается. Очевидно, его виза тут призвана увеличить удельный вес документа. Домыслы о том, что заставило лекаря подписаться под калашниковской справкой заканчиваются самыми скверными подозрениями. Как минимум – в давлении на врача.

В контексте всего этого возникает логичный вопрос: зачем многоуважаемому нардепу понадобилась данная бумажка? К чему ему сейчас прикидываться больным? Очевидно выгод несколько. Во-первых – возможность отсутствовать на исторической встрече лидера ПР и журналистов СТБ. Во-вторых – апеллировать к своему физическому нездоровью во время неизбежного судебного процесса, по результатам которого «регионалам» придется возместить пострадавшим все моральные и материальные убытки. Плюс – увильнуть от возмещений из собственного кармана.

Зная Калашникова, несложно предположить, что он, в данной ситуации, наверняка еще попытается сказаться «жертвой». Возможно – даже подать на СТБ встречный иск, поясняя его расстройством собственного здоровья и психики, вследствии всех этих событий.

П.С. Обнадеживает только то, что изначально большая часть однопартийцев Калашникова решительно приняли сторону журналистов. В массе своей они осуждают его действия и настаивают на более жестком для нардепа разрешении ситуации.

Соня КОШКИНА